ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Имя великого князя Московского Дмитрия Ивановича, прозванного Донским (1350–1389), навсегда оказалось связано с великой победой на Куликовом поле, положившей начало освобождению Руси от власти ордынских ханов. Именно поэтому личность самого князя предельно мифологизирована в нашем сознании: место реального политика со всеми его достоинствами и недостатками занял некий идеальный образ непобедимого полководца и канонизированного Церковью святого. Но в истории всё бывает гораздо сложнее. Автор книги, доктор исторических наук, профессор Николай Сергеевич Борисов, рассказывает о своем герое с максимальной подробностью и объективностью, привлекая все имеющиеся к настоящему времени исторические источники и восстанавливая сложную и многообразную картину жизни Руси второй половины XIV века.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Известно, что и в наши дни новорожденного нередко называют в честь кого-то из близких родственников или же с каким-то иным смыслом. В античности имя считали признаком характера и матрицей судьбы. Плутарх рассказывает, что Александр Македонский подбадривал одного воина по имени Александр, советуя ему быть достойным своего имени (30, 419). Эту историю повторил знаменитый византийский хронист Георгий Мних (4, 52). Имя Александр означало «защитник людей» (4, 358).

В средневековой Европе правящая элита придавала большое значение династической преемственности вообще и семейной преемственности имен в частности. Так было, например, во Франции времен Людовика Святого. «Имена давали, как того требовала династическая традиция: преимущественно капетингские, гораздо реже — династий, к которым принадлежали жены, но в таком случае скорее по линии бабки, чем матери. Так, в именах прослеживается традиция династического континуитета. Старший сын получил имя деда, Людовик; второй, — имя прадеда, Филипп; два следующих — имя кастильского происхождения Иоанн (Жан), причем ко второму из них добавили Тристан, в память о печальном рождении ребенка в осажденном, готовом к сдаче городе, в канун военного поражения, когда отец был в плену. Династическая память продолжительна» (223, 556).

Не менее внимательно относились к этому вопросу и на Руси. Среди потомков Рюрика существовало представление о «подобающих» и «неподобающих» для князя именах. Помимо этого, в каждой княжеской семье имелась традиция предпочтений, связанная с именами предков. Наконец, выбор имени должен был быть увязан с Божьим промыслом, проявлением которого считали день рождения. В результате всех этих соображений выбор имени осуществлялся по месяцеслову, но не был жестко привязан ко дню рождения. В поисках подобающего имени считалось допустимым отступать от дня рождения на несколько дней вперед или назад по календарю, но не более чем на две недели.

Для своего долгожданного первенца Иван Красный избрал имя Дмитрий. В результате этого выбора небесным покровителем княжича стал великомученик Дмитрий Солунский, память которого праздновалась 26 октября. Придет время — и князь Дмитрий прикажет поместить изображение святого Дмитрия Солунского на своих печатях, ввести образ этого святого в деисусный чин иконостаса и украсить ворота Московского Кремля его скульптурным изображением.

Имя Дмитрий было очень распространено в княжеских семьях Северо-Восточной Руси. Это имя как второе, «церковное», носил их общий предок — великий князь Владимирский Всеволод Юрьевич по прозвищу Большое Гнездо. Он родился 19 октября 1154 года, за неделю до дня памяти Дмитрия Солунского, и был назван в его честь.