Еще недавно сорокалетний мужик услышал до боли знакомый родной голос самого дорогого для него человека. Этот волевой, слегка скрипучий голосище мог принадлежать только деду!
Когда он вскочил с кровати, левую ногу прострелила боль, но он не обратил на это внимания, бегом бросившись к двери. Его дед – Юрий Иванович был его скалой, его якорем, его надежным убежищем. К сожалению, он умер, когда Илье стукнуло двадцать. Врачи тогда сказали, мол, сердце не выдержало…
Сердце бешено колотилось. Вдох-выдох, пульс стучит в ушах воскресным колоколом. Он оглядел огород и поля за палисадом, и в голове окончательно выкристаллизовалось: «Я вернулся, я дома!» Невдалеке слышно мычание коров, визг и фырканье жирных свиней из дальнего загона. Квохот вездесущих кур, снующих где только можно. Хозяйство у деда всегда было справным.
Дурацкая, по-детски счастливая улыбка растянула засохшие от волнения губы. Дед, крепко сбитый, среднего роста, с пышной бородой и лысой, как коленка младенца, головой замер в нескольких метрах от порога.
Хотя эмоции, которые он сдерживал, грозили захлестнуть его, Илья чувствовал, как настроение поднимается выше гор. Дед реальный, как и все вокруг него.
– Чего замер-то? На, придержи край, а то у одного не получается справиться.
Илья чуть ли не бегом бросился к стоявшему рядом старенькому «Уралу». Его коляска ходила ходуном под руками деда, и тот никак не мог поймать замок крепления. Глаза не те, да и силы не молодецкие.
Пара секунд, легкое нажатие, затем небольшое шаманство от владельца старого пепелаца и вуаля – рабочая лошадка снова в строю!
– Надо было сразу тебя позвать, а то полчаса вожусь, уже. Смотри, я до города щас, заскочу в пару магазинов. Тебе надо чего?
Илья растерялся, только глазами похлопал, да мотнул головой, мол, не нужно ничего.
– Ну, на нет и суда нет. Смотри там баба Нюра крынку принесла со свежачком, можешь ухайдокать, только не с горла, а то пропадет. Как приеду, сядем с тобой покумекаем, куда тебя пристроить, чтоб и дело было и руки на месте остались.
Дед, хотя судя по его живости, скорее просто мужчина в расцвете сил, хекнул и бодро вскочил на сидушку, повернул ключ и газанул от души, направляя «Урал» в открытые ворота.
– Аккуратней там, дедуль, – уже в спину крикнул ему Илья.
Горло дало петуха, в глазах защипало, да в носу неприятно засвербило. Да так, что и чихнуть хочется, да не получается. Отвратное чувство!
Парень медленно развернулся и пошел обратно в дом, нуждаясь в нескольких минутах отдыха. Когда он двигался, боль в лодыжке усилилась.
– Ах ты ж, ептыть!
В голове стрельнуло воспоминанием.
Когда ему было пятнадцать лет, аккурат перед экзаменами ему не повезло упасть с крыши. Левая нога тогда, помнится, долго болела, а времени по больницам шастать не было.






