Лика кивнула, чувствуя, как краска заливает щеки.
— И как? — Лариса словно бы и не заметила ее смущения.
— Что — как?
— Понравилось?
— Хм… Очень.
— Ну так и в чем проблема, не пойму. Радуйся. В наше время не так-то просто найти мужика, который способен доставить удовольствие женщине. Можешь мне поверить, у меня опыт богатый.
— Но он… как тебе объяснить… совсем не моего круга.
Лариса весело расхохоталась:
— Вот тошнища! Синдром девочки из хорошей семьи. Волнуешься, что скажет мамочка. Не бойся, она в свое время нагулялась, теперь твоя очередь.
— Но он хотел заставить меня раздеться при всех!
— Большое дело! — хмыкнула Лариса. — Ну, потерял мужик голову, что ж теперь, кастрировать его за это? Я вот тоже гляжу на тебя иногда и жалею, что я не лесбиянка.
Лика поперхнулась кофе.
— Лариска, прекрати!
— И вообще, какая из тебя журналистка, если ты, попав в такую ломовую среду, не можешь извлечь для себя максимум пользы. Наблюдай, вникай. Напишешь потом об этом. Когда еще придется. «В подвалах Москвы», — импровизировала она. — Это же бомба для твоего «Московита».
— Ты думаешь?
— Естественно. Об этом, по-моему, еще никто не писал. Заголовок дарю, цени мою щедрость.
— Да я ценю. Вот только…
— Что — только? Твой фотограф? Хорошенькая, судя по всему, штучка.
— Вот именно. Прямо какой-то доктор Джекил и мистер Хайд в одном лице.
— А они всегда в одном лице, — заметила Лариса.
— Никак не могу его раскусить.
— А надо?
— Хотелось бы.
— Ой ли? Знаешь, как бывает? Хороший такой орешек, крепенький, блестящий. Что-то там внутри. Раскалываешь его, раскалываешь, расколола — а он внутри пустой. И думаешь, и чего это я надрывалась, так хорошо, когда целый был.
— Звучит убедительно.
— Еще бы не убедительно, если выстрадано. Нравится — принимай как есть, а не нравится — бросай. Но только сразу. А то будешь размазывать манную кашу по тарелке.
Лика передернула плечами. Бр-р-р, гадость какая! А ведь именно это она и собиралась делать.
— Слушай, Димон, а может, мне на ней жениться?
Нико вытянул под столом ноги во всю длину и, взъерошив себе волосы, закинул руки за голову.
— У?
— Я говорю, может, жениться на ней?
— На ком? — отсутствующим голосом спросил Митя.
Они мирно прогуливали лекцию по истории. Народу в кафеюхе было совсем мало, и Митя сам не заметил, как отключился.
— Как — на ком? На Наталье, естественно. А то еще вильнет хвостом, как твоя Лика. Ой, извини, старик, — спохватился Нико. — Глупость сморозил.
«Если бы, — горько подумал Митя. — Все, правда».
— Не вешай носа, Димон, все еще образуется, — с деланной бодростью продолжал Нико.
— Что ты меня уговариваешь? — раздраженно сказал Митя. — Тебе, наверное, лучше меня все известно.
— Да-а-а, увели девушку. Прямо из стойла, — прокомментировал Нико. — Фотографы-порнографы.
Митя поморщился.






