ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дэвид Брин – американский писатель-фантаст, создатель прославленного цикла «Возвышение», сделавшего его одним из самых популярных авторов «жесткой НФ» 80-х годов XX века. Уже второе произведение Брина, «Звездный прилив», удостоилось трех престижнейших наград – «Хьюго», «Небьюлы» и «Локуса». Среди многочисленных литературных экспериментов Дэвида Брина – постапокалиптический роман «Почтальон», экранизированный Кевином Костнером, роман-катастрофа «Земля» о столкновении нашей планеты с черной дырой и, конечно же, «Бытие» – повествующий об инопланетном артефакте, меняющем жизнь миллионов землян.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Возьмите профиль эмиссии – он свидетельствует о наличии небольшого самостоятельного источника энергии…

«…или, может быть, о какой-то старой батарее. Или об остатках химического реактора, чрезвычайно опасных. Именно от таких вещей мы стараемся избавиться».

– Или о чем-то необычном! Что мы и призваны исследовать на фронтире! Во всяком случае… Я приказал краулеру взглянуть.

«Что? – Акана Хидеоши выпрямилась. – Не спросив моего разрешения? – Генеральские звезды на плечах директора проекта сверкнули почти так же сердито, как ее глаза. – Краулеру потребуются часы, чтобы из средней позиции добраться до конца петли! А до тех пор бола будет бесполезна. Придется заново рассчитывать все захваты».

– Простите, но принимать решение мне пришлось быстро. Эта штука, чем бы она ни была…

Он видел, как Акана знаком велела подчиненным, которых не было на экране, представить ей новые данные. Поблизости два других астронавта станции – Ганеш и Салех – хлопотали по хозяйству, беззастенчиво подслушивая. Даже их платный турист, перуанский фосфорный миллиардер сеньор Вентана, подплыл ближе, отложив доверенный ему «научный эксперимент». При обычной скуке на орбите любая драма приветствуется.

Джеральд попробовал сменить тактику.

– Послушайте, руководство экспедиции говорит о необходимости сохранять ценные объекты, которые могут иметь научное…

«Вы только что произнесли ключевое слово, – перебила Акана; эффект запаздывания звука вызывал у нее раздражение. – Это слово “ценные”».

Она перевела дух, явно стараясь успокоиться.

«Ну, вопрос спорный. По телеметрии я вижу, что краулер уже нельзя отозвать. Вращение болы изменено, и к старому расписанию не вернуться. Мне нужно распределить штат и наметить новые цели. Если только…»

Она не договорила. Если только приборы краулера не покажут, что объект действительно интересный. Достаточно важный, чтобы оправдать все нарушения. Генерал вздохнула, не глядя на Джеральда, – при этом ее мнение стало еще понятнее. От того, что это окажется за штука, зависело многое.

Несомненно, его карьера. А может, и гораздо больше.

Это какой-то розыгрыш.

Данные не имели смысла, хотя краулер подошел на двадцать метров.

Петля продолжала вращаться высоко над Землей, посылая в радиационный водоворот пояса Ван Алена пучки электронов то из одного, то из другого конца, маневрируя, чтобы иметь возможность швырнуть объект – к сгоранию или к могиле в океане. Теперь, когда вращение петли регулировал Центр управления станцией, Джеральду оставалось только собрать как можно больше данных, прежде чем это случится.

– Не вижу ничего похожего на источник энергии на борту, – сказал он плавающему поблизости Хачи.