ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ее платья – слишком облегающие, ее каблуки – слишком высокие. Она смеется чересчур громко, ест, позабыв о приличиях, а ее язычок такой острый, что не всякий рискнет перейти ей дорогу. Мало кто знает, что за маской уверенной в себе женщины прячется та, кто боится каждого шороха. Но на публике Джианна никогда не потеряет лица…по крайней мере, так она думала, пока не появился он. Многие видят в нем образцового поборника нравственности, агента спецслужб, стоящего на защите закона. В криминальном подполье Нью-Йорка, впрочем, его знают как мошенника и убийцу с характером холоднее, чем сердце в его груди. Кристиан Аллистер всегда следовал жизненному пути, который распланировал для себя с юных лет, проведенных под яркими лампами в промозглой, сырой тюремной камере. Благодаря склонности к порядку и фиксации на числе три ему еще ни разу не доводилось сбиваться с намеченного курса. Но, возможно, не стоит быть столь уверенным в своем будущем. Одной зимней ночью их судьбы переплетаются. Она ненавидит его – его холодные манеры, его заносчивость, его слишком внимательный взгляд. Но с годами их игры во взаимные оскорбления превращаются в привычку. В планах Кристиана никогда не было Джианны. Она – само воплощение хаоса, совсем не в его вкусе и замужем, но ничего из этого не мешает ему каждый раз провожать ее взглядом. И все это время она не знала, что принадлежит ему: она его безумие и его вдохновение. Его самая сумасшедшая одержимость.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Судя по всему, Аллистер не купился на образ Антонио, в отличие от остальных. Это было… чем-то новым и первым, что мне по-настоящему понравилось в этом человеке.

Напряжение в воздухе было таким густым, что у меня бы начала кружиться голова, если бы я его не разрядила.

– Без пары сегодня?

– Да.

– А что случилось с… – я мысленно прогнала в голове список блондинок, с которыми он появлялся, вспоминая имя последней, – Поршей?

– Слишком монотонна.

– Но вы же идеально подходили друг другу. – Я вздохнула, словно меня это серьезно расстроило. – Оба красивые, сдержанные, бесчувственные… А что, если она была той самой, а ты ее бросил, даже не дав ей шанса?

Аллистер, совершенно не впечатленный тем, что я несу, взглянул на меня.

– Я и не знал, что ты так заинтересована в моих отношениях.

Я поднялась на ноги, вытаскивая шпильки из волос по дороге к нему. Длинные пряди рассыпались по моей спине. Он напрягался все сильнее по мере приближения стука моих каблуков, но не смотрел на меня до тех пор, пока я не остановилась перед ним.

– А ты никогда не задумывался, что, возможно, проблема в тебе? – Я взяла стакан из руки Аллистера и отпила. Водка в его стакане всегда была вкуснее любой другой.

– Я так понимаю, ты собираешься меня просветить? – Аллистер забрал свой стакан. Обычно он всегда поворачивал его, чтобы отпить с противоположного края от меня, но сегодня выпил с места, где остался розовый след от моей помады. Это вызвало странный прилив тепла к моему животу.

Я сглотнула.

– Женщины любят, когда в их жизни есть страсть и спонтанность. Вам бы расслабиться, офицер.

– Может, стоит трахнуть другую женщину в ее постели? Звучит достаточно спонтанно, не думаешь?

Боже, ну конечно он знает о Сидни.

Я вздохнула.

Мне так хотелось пробить брешь в его ледяной броне.

Подойдя ближе, я провела пальцем по линии его челюсти, тихо спросив:

– У тебя такое красивое лицо. Наверное, получаешь за него все, что хочешь?

– Почти.

В этом слове было что-то такое весомое, что у меня сбилось дыхание. Я убрала руку от его лица, слегка задев острым ногтем.

– Тебе ведь достаточно взгляда, чтобы женщины падали к твоим ногам.

Я начинала его раздражать.

– И тем не менее ты стоишь.

Я засмеялась.

– Меня не интересуют мужчины, даже такие красивые, как ты.

– Потому что ты замужем?

– Потому что я устала.

Он прищурился.

– Ты пьяна.

В моих глазах заплясало озорство, и я стянула с плеча тонкую лямку.

– А ты всегда трезв. Разве не хочется хоть иногда пожить на грани, офицер? Разрешить себе все, чего хочется?

Воздух пульсировал, словно у него было сердце, когда я скинула с себя переливающуюся ткань и позволила ей упасть к моим ногам.

Вшух.

Он не отвел взгляд от моего лица, хотя ему явно хотелось. Словно он намеренно двигался против ветра.