ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В свои семнадцать юная художница Чарли Дэвис, сбежавшая от жестокой матери, пережила больше, чем иной взрослый за всю жизнь. Пережила – и не сломалась. Не ушла в призрачный мир алкоголя или наркотиков, не скатилась на путь преступлений, не стала торговать собой, как множество ее менее сильных сверстников. Чего ей это стоило – знают лишь спрятанные под закрытой одеждой многочисленные шрамы. Однако Чарли упрямо борется с судьбой – устраивается на работу, ищет дом, веря в любовь и надеясь на удачу. Ведь даже если кажется, что весь мир против тебя – в нем все равно существует настоящая дружба…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Тебе пришлось столько всего испытать в таком юном возрасте, я просто…

И тут она странным образом остановилась и стиснула зубы, и заговорила очень резко, обращаясь к Каспер:

– Ты собираешься мне помочь с этим, Бетани?

Я все еще пыталась осознать это имя Каспер: «Бетани, Бетани, Бетани», поэтому мне требовалось время, чтобы понять, что она говорит мне.

– Что? – спросила я.

Каспер повторила:

– Мы выписываем тебя.

Потом доктор Хэлен рассказала мне о специальном психиатрическом лечении, которое я проходила в больнице, о моей матери, что ей нужно встретиться с судьей и подписать бумаги, потому что «ты могла причинить вред себе и другим», о страховке, о моей бабуле, о которой я не вспоминала уже долгое время. Эти слова с шумом ударились в моей голове, а сердце все сжималось и сжималось. Я спросила о матери, но оказалось, что я начала заикаться. Тогда я стала кусать язык, пока не почувствовала слабый металлический привкус крови во рту.

– Твоя мама в настоящий момент не работает, поэтому страховых выплат нет. Насколько я понимаю, часть твоего пребывания здесь оплатила твоя бабушка, но она больше не может себе этого позволить из-за ухудшения здоровья и собственных денежных проблем, – сообщила Каспер.

– Что-то случилось с моей бабушкой?

– Я не знаю, – ответила Каспер.

– Вы говорили с моей мамой?

Каспер кивнула.

– Она… она что-нибудь говорила обо мне?

Каспер посмотрела на доктора Хэлен, та продолжила:

– Мы стараемся изо всех сил, чтобы найти для тебя средства. Кстати, Бетани, как там насчет места в доме на Пэлас?

Пока Каспер молчала, доктор Хэлен листала стопку бумаг на коленях.

– Есть один дом для временного проживания, у них, возможно, появится комната для тебя уже в следующем месяце. Они специализируются на наркотической зависимости, но это только одна из твоих проблем. Тогда перед этим тебе надо будет пожить со своей матерью, конечно, с того момента, как мы не сможем больше держать тебя здесь. Никто не хочет, чтобы ты оказалась в той прежней ситуации, никто.

Под «прежней ситуацией» имелась в виду жизнь на улице. Имелось в виду копаться в мусорных баках. Холод, болезни, Проклятый Фрэнк и мужчины, которые занимаются сексом с девочками.

Я посмотрела на черепаху. Ее лапки подергивались, словно она пожимала плечами, говоря мне: «Что ты от меня ждешь? Я всего лишь чертова черепаха, застрявшая в аквариуме».

За окном небо становилось серым и тяжелым. Проклятый Фрэнк. Дом для временного проживания. Меня опять отправляют на улицу.

– На улице все еще холодно, – произнесла я, как маленький ребенок, и это разозлило меня еще больше.

– Мы сделаем все, что в наших силах, но речь точно не идет о длительном примирении с твоей матерью, даже если будут помогать консультанты.