ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В свои семнадцать юная художница Чарли Дэвис, сбежавшая от жестокой матери, пережила больше, чем иной взрослый за всю жизнь. Пережила – и не сломалась. Не ушла в призрачный мир алкоголя или наркотиков, не скатилась на путь преступлений, не стала торговать собой, как множество ее менее сильных сверстников. Чего ей это стоило – знают лишь спрятанные под закрытой одеждой многочисленные шрамы. Однако Чарли упрямо борется с судьбой – устраивается на работу, ищет дом, веря в любовь и надеясь на удачу. Ведь даже если кажется, что весь мир против тебя – в нем все равно существует настоящая дружба…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На самом деле я пыталась написать сообщение Майки, пока Барберо был занят или дремал, но вместо ответа было лишь пустое окно чата. Вечерами я наблюдала за уборщиками из Сомали, дрейфующими вдоль окон офисного здания по соседству, они волокли за собой тележки с ведрами и моющими средствами, швабры и тряпки.

Теперь небо выглядело сказочно, как на открытках: дождевые облака не такие большие, солнце с каждым днем светило сильнее. Когда я смотрела вдаль за окно, я видела бескрайнюю территорию университета среди возвышающихся серебристых зданий и еще извилину реки, похожую на змею. Она вела к собору Святого Петра, к Сид Хаус и к чувству голода, к грязи, к боли, к ощущению, что силы снова на исходе, поскольку мне больше некуда идти.

Саша делала попкорн. Винни принес концентрированные порошковые ароматизаторы в маленьких жестяных банках: масло, кайенский перец, пармезан. Дома он приготовил противень шоколадных кексов, и Фрэнси помогала ему покрыть их глазурью. В комнате зазвонил телефон. Я переключала телевизионные каналы один за другим, пока не услышала свое имя. Винни потряс телефоном в мою сторону.

Я услышала дыхание в трубке и несмело произнесла:

– Алло.

– Чарли, ты не внесла меня в список посетителей! «Майки».

Я чуть не выронила телефонную трубку. Схватила ее обеими руками, чтобы унять дрожь.

– Я же говорил, что приду! Тебе надо было внести меня в список посетителей или что-то в этом роде. Я пробуду здесь еще один день. Сегодня вечером концерт, а утром мы улетаем.

– Но я вносила тебя в список! – Мои мысли бешено неслись. Неужели Каспер забыла? Или они просто вычеркнули его, так как меня все равно выписывают? – Где ты? Ты мне нужен. Они…

– Повесь трубку, Чарли. Там есть окно? Я на парковке у входа.

Я положила трубку и побежала к окну, прижалась лицом к стеклу. Мой взгляд привлекло оранжевое мельтешение. Он стоял на парковке и махал в воздухе оранжевым дорожным конусом. Когда он увидел меня, выпустил конус из рук.

Каким-то образом Майки выглядел так же, как и раньше. Он выглядел открытым и взволнованным. И безопасным.

Накрапывал дождь, небольшие капли блестели на его дредах. Он казался мощнее, хотя все еще небольшого роста. Жестом он спросил: «Что случилось?»

Я лбом ощутила холод стекла. В углу Винни играл с Сашей и Фрэнси в «Гоу Фиш». Блю сидела на диване и что-то мямлила себе под нос.

Я смотрела на него, и слезы градом текли по лицу – он стоял под дождем с открытым ртом, щеки раскраснелись.

Винни выразительно произнес:

– Чарли.

Блю зашевелилась на диване. Она присоединилась ко мне у окна.

– Какой-то парень. – Дыхание Блю оставило запотевший круг на стекле. – Настоящий живой парень.

Саша и Фрэнси бросили свои карты.