ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие этой книги разворачивается в пионерском лагере «Буревестник». Здесь страшилки, которые дети рассказывают друг другу на ночь, становятся реальностью. Главные герои – двенадцатилетний Валерка и девятнадцатилетний пионервожатый Игорь. В один из вечеров Валерка обнаруживает, что капитан их футбольной команды не обычный мальчик. Ведь разве станет ребенок пить кровь из руки другого пионера? И после этого вечера пьющих кровь становилось все больше, все они носили пионерские галстуки и значки и были какими-то чересчур правильными. Если поначалу Игорь не верил Валерке, то столкнувшись с нечистью лицом к лицу, стал его союзником. ... Смогут ли пионервожатый и его подопечный раскрыть темную тайну пионерского лагеря и противостоять злу?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Баба Нюра тяжело задышала и перекрестилась. – Бо-ог вам в по-омощь, сы-ынки! – едва не всхлипнула она. – Вот послушайте, как мы думаем это осуществить… – Игорь поелозил на столе, примеряясь к объяснению. – Завтра – конец смены и костёр. Пищеблок после полдника бездействует. Работниц тут не останется, верно? – Ка-ажный раз та-ак, – подтвердила баба Нюра. – Надо, чтобы кто-нибудь завтра вечером открыл дверь кухни. На закате в пищеблок заявится Иеронов. Как только он окажется внутри, требуется сразу закрыть дверь и повесить замок. И всё! Выручать Иеронова никто не придёт. Самую важную ночь он просидит без жертвы и на рассвете сдохнет. Игорь смотрел бабе Нюре в глаза. – Я сам буду в другом месте. И запереть Иеронова сможете только вы. Лицо бабы Нюры побелело и поползло вниз, как тесто. На словах всё получалось просто: поймали в капкан – и конец вампиру. Но как это будет на деле? Утром в пищеблок вернутся поварихи и обнаружат мёртвого Серпа Иваныча – доброго человека и всесоюзного пенсионера. Кошмар!.. Позор!.. Кто забыл старика в столовке?! Скандалище!.. – Не-э-эт!.. – попятилась и заблеяла баба Нюра. Игорь соскользнул со стола, шагнул к ней и взял за плечи. – Это будет выглядеть как несчастный случай, – принялся убеждать он. – Ну, захотелось Серпу вечером компота. Отправился он в столовку. Какая-нибудь работница запустила его. А потом по недосмотру и заперла. – Как по недосмотру? – влез Валерка. – Например, поддатая была и отвлеклась: решила, что Серп уже вышел, и сунула замок в петли… Всякое случается!.. Конечно, милиция потом всех будет допрашивать, но никто ведь не признается, и вы тоже не признаетесь, баба Нюра! А до правды не докопаться! – Не-эт! – баба Нюра замотала головой, как лошадь. – Я-а бо… бо-оюся! – Милиции? – убито спросил Игорь. – Стра-а-атилата!.. – колыхая всем телом, со страстью выдохнула баба Нюра. – Го-оворить с йим боюся!.. Гла-аза на его по-однять!.. Игорь растерялся. Такого малодушия от бабы Нюры он не ожидал. А Валерку словно вознесла какая-то жаркая сила. – Дайте ключ мне! – вдруг пылко попросил он. – Я сам и открою дверь, и закрою! Дайте мне! У меня лучше получится! Я не подведу! Глава 3. Клиническая картина «Валерка – ребёнок, – думал Игорь. – Он ещё не умеет переживать так, что невозможно уснуть». Игорь ему завидовал. Валерка безмятежно дрых на жёстких скамейках, а Игорь сидел у окна и смотрел на лагерь. От яркой луны воздух радиоактивно светился, но мрак оставался мраком. Колонны сосен, груды кустов и геометрия домиков сливались воедино и казались чем-то вроде внутренней конструкции темноты, тайным устройством полуночи. В мире ещё ничего не изменилось, однако его статичное равновесие уже переполнилось невидимой кинетикой нарушения. Всё произойдёт завтра.