ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я была влюблена в него с тринадцати лет. В восемнадцать он забрал мой первый поцелуй. А чуть позднее… и первый раз. Но наше короткое лето закончилось. Вместе с воспоминаниями о жарких бессонных ночах на побережье Он оставил мне подарок. Под сердцем. Первая книга "Моя девочка" Мой верный Эмилия Грин Я была влюблена в него с тринадцати лет. В восемнадцать он забрал мой первый поцелуй. А чуть позднее… и первый раз. Но наше короткое лето закончилось. Вместе с воспоминаниями о жарких бессонных ночах на побережье Он оставил мне подарок. Под сердцем. Первая книга "Моя девочка" Пролог Пролог POV Александра Сутки прошли с тех пор, как я вернулась в Москву. В небольшую комнату в съемной квартире. И весь день пролежала, глядя в облупившийся потолок. Сказка закончилась. Пора было возвращаться в суровую реальность. Для начала, хотя бы зарядить телефон. И, хорошо бы, завтра явиться на учебу – я и так прогуляла более трех недель… К слову, Темный Артем даже это предусмотрел – в папке, которую вновь всучил мне Анатолий во время полета, лежала справка, информирующая о том, что весь сентябрь я боролась с бронхитом в одной из частных столичных клиник. Алиби. Не подкопаешься. Хотя, в чем-то эта информация даже соответствовала действительности… У меня наблюдались перебои в работе легких. Я дышать без него не могла, до сих пор испытывая эту ненормальную мучительную потребность видеть, чувствовать, касаться… Его. Вдох. Боль-н-о. До чего же больно. Саша, просто дыши. Ты ведь сильная… Но обрушившиеся

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Артем сидел за заставленным бухлом столом, откинувшись на спинку дивана. На коленях у него извивалась какая-то белобрысая шваль.

Рядом верный друг Павлик закинул руку на плечо брюнетке с не обремененным интеллектом лицом и перекаченными губами-пельменями. С другой стороны от него сидела такая же.

Я поморщился, наблюдая за всем этим блядством.

Поразительно, как еще около года назад сам был частым гостем в баре Артема. Печально, что ребята никак не могли оставить это дерьмо за бортом своей жизни.

- Кирилл Александрович? – Паша подскочил, протягивая мне руку. – Или это видение? Время-то уже не детское… – он демонстративно покосился на часы «Rolex», болтающиеся на запястье. – Как тебя отпусти так поздно? – с преувеличенным удивлением.

- Мой братишка-каблук осчастливил нас своим присутствием, – отклеив ладонь с бедра разукрашенной белобрысой девки, Артем протянул ее мне. – Присаживайся, Кирюха. Что будешь: газ-воду или кефир?

Я присел, конечно.

Только руку этому уроду не пожал, опасаясь чего-нибудь нацеплять.

- Артем Александрович, позволь мне напомнить тебе старинную восточную мудрость… – с придурковато-глубокомысленным выражением лица ткнул пальцем в небо Левицкий. – Главное, не какой каблук, а на каких туфлях!

И они оба заржали.

Ну, скоты.

Глава 4

Глава 4

Кирилл Воронов

- Рассказывай, Кирюха, каким ветром тебя занесло в наши края? – губы Артема растянулись в фальшивой улыбке.

- Господа, мы с девочками отлучимся ненадолго? – риторически озвучил пьяный вдрабадан Паша.

Девица, расположившаяся у Артема на коленях, поймав взгляд моего брата, выразительно покосилась в сторону приватных комнат, где только что со своими спутницами скрылся Левицкий.

- Иди, погуляй! – спихнув ее с себя, Артем напоследок хлопнул шлюху по филейной части.

Впрочем, представительница древнейшей профессии, умыкнув со стола бутылку «Rose», хихикая, поспешила в сторону служебного помещения, туда, где располагались гримерки.

- Что с тобой происходит, Артем? – сухо поинтересовался я, ловя его пустой взгляд.

- А что происходит? – он пригубил водку из своего стакана.

- Я чувствую, что-то не так.

И уже не просто чувствовал… Видел – дело дрянь.

- Чувствуешь? Ты Кашпировский что ли, Кирюх? – брат потянулся к пачке сигарет: достав одну, он прикурил ее зажигалкой.

- Здесь же нельзя курить.

- И кто мне запретит? - с иронией.

- Тупо себя загоняешь. Телки. Бухло. Че, уже перешли на водяру? – окинул брезгливым взглядом полупустую бутылку «Белуги», явно не первой за вечер.

- Тебе че надо, братец-кролик? – глубоко затянулся Артем, растирая кончик сигареты пальцами.

- Пообщаться. Иногда даже таким твердолобым как ты это необходимо. Дело ведь не только в смерти отца. Я прав?

Пауза. Нехорошая такая. Загробная.