ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Я Ева. Мой муж старше на 20 лет. Но он меня никогда не любил. Вечные придирки, постоянное недовольство. А теперь Игнат вконец обнаглел и привел в мою же квартиру любовницу на ПМЖ. Мне совсем некому помочь. Или все же есть? Молодой мускулистый красавчик из соседней квартиры давно на меня заглядывается. И я обращаюсь к нему с просьбой… стать фиктивным любовником и помочь очистить квадратные метры от наглецов. Но к чему приведет этот рискованный шаг, я даже предположить не могу. Романтика, настоящие чувства. Наглый герой, нежная героиня. Много юмора и, конечно, ХЭ! Изображения с istockphoto.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Потакая Алинкиным тараканам, я кого-то убила. Так, Ева, загранпаспорта у тебя нет, за границу не смыться, но ничего, можно и в тайгу сбежать, там даже надежнее. Но сбежать не позволяет совесть. Анька врубает фонарик на своем мобильнике, и мы направляемся к пострадавшему. И тут я испытываю настоящий шок. Кто сказал, что снаряд дважды в одно место не попадает? На земле лежит мой сосед. Ева, Ева, ты его второй раз за день, можно сказать, в нокаут отправила. Подруги ошарашено молчат. Но нам не нужны слова. Я и так знаю, что они думают. Алинка прикидывает, как избавиться от тела. А Анька… Ну, конечно, она права: мы не имеем права сбежать и обязаны помочь. Анька собирается вызвать скорую помощь, но мобильник вылетает у нее из рук прямо в густую траву. Разом протрезвевшая Алинка несется в квартиру за другим телефоном. Я наклоняюсь над Адамом. Ева, что ты наделала! Он не дышит! Блин, пациент скорее мертв, чем жив. Требуется искусственное дыхание. Делаю глубокий вдох, накрывая, как положено, своими губами красивый рот соседа… И чувствую, как… его губы захватывают мои, потом его язык уверено их раздвигает и проникает в глубь моего рта. Нагло, уверенно и в то же время нежно. Так нежно, что у меня кружится голова, а по всему телу пробегают горячие волны. Понимаю, что искусственное дыхание какое-то неправильное, но такое приятное, что делала бы и делала… Анька уже нашла свой телефон, светит на нас безжалостным фонариком, но еще ярче ее глаза горят от возмущения. Подруга хватает с земли булыжник и замахивается на Адама:

– Оставь Еву в покое, извращенец! Она замужем!

Сильные руки вдруг руки поднимают меня с земли, ставят на ноги. Адам тоже встает и, не говоря ни слова, направляется в подъезд.

– Видела, как он испугался? – радуется Анька. – Козел, притворился умирающим, а сам целоваться полез. Ева, ну чего молчишь, спасибо мне скажи.

Спасибо, блин?! Да я Аньку в этот момент саму прибить ее же булыжником готова. Я таких ощущений никогда в жизни не испытывала. Я же в раю была… Ничего страшного, если бы задержалась там немного. Ну, кто просил эту долбанную идеалистку-заучку вставать на защиту моей нравственности? Шиплю в ответ:

– Ты прервала очень важную медицинскую процедуру, Аня!

И обиженно топаю в подъезд.

Дома нас встречает уже почти совсем трезвая Алинка:

– Ева, ну как он? Проще до Трампа дозвониться, чем в нашу скорую.

– Нормально, я ему искусственное дыхание сделала, Алин. А он… мне. Это Адам был, ну тот самый сосед, и мы поцеловались.

– А я что говорила? – Алинка радуется как пятилетняя девочка. – Гадания – сильная вещь! Вот он, твой суженый, босоножка, куда попало, не полетит…

Алинка что-то болтает про правдивость гаданий. Но я не слушаю. Мысленно все еще в объятиях громилы-соседа и до сих пор ощущаю вкус его губ.