ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ПЕРВЫЙ ПОЛНЫЙ ПЕРЕВОД РОМАНА В РОССИИ ... Роман знаменитого американского писателя Марио Пьюзо «Сицилиец» принято считать продолжением «Крестного отца». Эта книга о дружбе и вражде, любви и ненависти, сицилийском законе омерты и бесконечной вендетте. Роман позволяет читателю без риска для жизни заглянуть в святая святых мафии. Действие происходит на Сицилии, сразу после падения фашистской диктатуры Муссолини. Главный герой Сальваторе Гильяно борется за независимость Сицилии и сицилийского народа. Майкл должен помочь ему выехать в Америку, но из-за предательства друга все идет не так, как было запланировано… «По-прежнему блестящее повествование в желчной, темной манере Пьюзо: клятвопреступления, бесстрастные вендетты и коррупция на всех уровнях – от городского парикмахера до кардинала Палермо…» – Kirkus Review «Искусно написанный и полный страсти роман». – Time «Пьюзо – настоящий мастер повествования». – USA Today «Персонажи очаровывают еще более, чем те, что сделали культовым роман “Крестный отец”». – New York Daily News

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Нет, на него делается особый заказ, – ответил Куто. – Новый флакон доставили сегодня утром. Тщательно упакованный – как все американские препараты, идущие на экспорт. Его лекарство, между прочим, очень дорогое. Удивительно, что власти готовы нести такие траты, чтобы сохранить ему жизнь. Двое мужчин улыбнулись друг другу. * * * В своей камере Аспану Пишотта взял флакон стрептомицина и вскрыл упаковку. Отмерил положенную дозу и проглотил. Лекарство показалось ему непривычно горьким, но он не успел этого осознать, потому что его скрутила судорога и он повалился на пол. На его крик в камеру вбежал охранник. Пишотта попытался встать на ноги, борясь с мучительной болью, терзающей все тело. В горле отчаянно резало; он, шатаясь, сделал шаг к бутыли с оливковым маслом. Судорога опять навалилась на него, и он крикнул охраннику: «Меня отравили! Помоги мне, помоги!» А потом, прежде чем снова упасть, с яростью осознал, что дон Кроче его все-таки перехитрил. * * * Охранник, стороживший Пишотту, кинулся в аптеку, крича, что заключенного отравили. Куто приказал положить Пишотту на кровать в алькове и осмотрел его. Потом быстро приготовил рвотное и влил Пишотте в глотку. Охранникам должно было показаться, что он делает все, чтобы спасти заключенному жизнь. Только Гектор Адонис знал, что раствор слишком слабый и ничем не поможет умирающему. Он встал у края постели и вытащил из нагрудного кармана записку, пряча ее в ладони. Делая вид, что помогает аптекарю, сунул клочок бумаги Пишотте за рубашку. Одновременно Адонис вгляделся в его красивое лицо. Казалось, будто оно искажено скорбью, но профессор понимал, что это судорога невыносимой боли. В агонии Пишотта сам оторвал себе кончик тонкого уса. Гектор Адонис вознес Господу молитву за его душу, ощущая глубокую горечь. Он вспоминал, как этот человек и его крестник бродили рука об руку по холмам Сицилии, декламируя наизусть поэму о Роланде и Карле Великом. * * * Прошло почти шесть часов, прежде чем на теле обнаружили записку, но ее успели опубликовать вместе с новостью о смерти Пишотты, и это послание обсуждала вся Сицилия. На клочке бумаги, который Гектор Адонис сунул Аспану за рубашку, было написано: ТАК БУДЕТ С КАЖДЫМ, КТО ПРЕДАСТ ГИЛЬЯНО. Глава 31 На Сицилии любой человек, у которого есть хоть немного денег, не станет закапывать своих близких в землю. Такие похороны воспринимаются как окончательное поражение, а земля Сицилии и без того ответственна за множество поруганных достоинств. Поэтому на кладбищах там стоят маленькие каменные и мраморные мавзолеи – квадратные постройки, которые называются конгрегациони . Вход в них преграждают кованые железные воротца. По стенам там находятся ниши; гроб устанавливают в одну из них и закладывают нишу цементом.