Хотя в глубине души я прекрасно понимал, что не год, два или три меня пугают, а физические нагрузки. Там же, в армии, бегать придется каждый день — зарядка, физкультура и спорт. Там не дадут спать до полудня и зависать в интернете. Да и просто поиграть в онлайн-игры не дадут. А у меня клан, рейды и тысяча других очень важных дел, связанных с расстановкой пикселей на экране. Потому армия — это плохо. Хотя с чего бы мне бояться физических нагрузок? На спортивных сборах с футбольным клубом нас два раза в год гоняли так, что семь потов сходило. Но сборы — это что-то понятное и обыденное, на них я ездил, сколько себя помню. Лет, наверное, с семи.
Как и все ребята, с которыми я тренировался, мечтал стать великим футболистом. Зарабатывать много денег. Бегал, иногда даже забивал голы. Но вмешался человеческий фактор: не повезло с тренерами. Они раз за разом ставили меня то в защиту, то на позицию опорного полузащитника. Так-то отобрать мяч и отдать обостряющую передачу для меня в то время не было проблемой. Но где же вы видели знаменитых защитников, зарабатывающих много денег? Отец таким моим заявлениям изумлялся и называл имена кумиров его молодости. Эрик Хаген, Николас Ломбертс, Александр Анюков…
Короче говоря, не сложилось у меня с футболом. Сейчас-то я понимаю, что основная проблема была не в тренерах и не в отце. Просто после нескольких лет занятий я дошел до того уровня, когда для прогресса необходимо заниматься самостоятельно, помимо тренировок. Раз за разом самому повторять упражнения на технику и координацию, повторять финты и трюки с мячом, которым меня учили все эти пять лет. Потому что штатной тренировки по времени хватает только на тактику и сыгранность. А техникой, как и собственной физической формой, надо уже заниматься самому. Бегать по утрам, к примеру. Потому что дворовых ребят на школьном поле я обыгрывал и накручивал легко, с ребятами из клубов третьей лиги городского первенства играл на равных, а вот против парней из высшей лиги, и даже не из Академии, а из обычных клубов вроде «Локомотива» или «Звезды» чувствовал себя бревном и неумехой. Тут уже, чтобы чего-то добиться, надо было жить футболом. С утра и до вечера. К такому я был не готов.
Отец мне говорил, что моя проблема в другом. В том, что для мастерства нужны усердие и самостоятельная работа. Разумеется, я считал, что отец глупый и не понимает мою уникальную и неповторимую личность. Все ищет каких-то простых ответов на сложные вопросы самовыражения. Как же иначе-то?
Да и откуда отцу знать про душевные метания и творческое самовыражение личности? Чего он в жизни добился? Работает на заводе фрезеровщиком. А мать — медсестрой в поликлинике.






