– Мужик не то что грубое слово, даже никогда косо на барина не посмотрит. Смирехонькие у нас мужики, ладные…
Купец с опаской посмотрел на здоровенного Герасима, который как раз мыл бричку у амбара.
— Раз заехали — проходите, позавтракайте с нами…– предложил я.
— Разве только ненадолго, чайку…– задумался купец.– Пойдемте, ротмистр.
Он окликнул мужиков на козлах:
— Лошадей пока напоите, фетюхи…
Аглая уже принесла в беседку медный пыхтящий самовар, на столе томились свежие блины, баранки, горячие яблочные пироги, белые вазочки с медом…
— Хороша девка,– подмигнул мне ротмистр.
Аглая наполнила четыре бокала густым ароматным чаем, рядом поставила блюдечки с золотистой окаемкой и тут же удалилась.
— Что нынче в Царицыне? — поинтересовался Прохор.
— Город — сплошная стройка. Растянулся вдоль Волги почти на тридцать верст…– ответил купец.– Одних фабрик и мануфактур две дюжины наберется… три больших завода. По Волге лес сплавляют. В городе два военных полка стоит. Одно слово — Южный форпост.
— А что болтают, будет война с турком?
— Сначала в Молдову и Валахию зайдем,– твердо ответил ротмистр.– Турка тоже нужно пощипать, отомстить за православную веру…
— Сил-то хватит? — задумался Прохор.– Уж очень наш батюшка Николай миндальничет с Западом… особливо с Лондоном.
— Хватит,– заверил ротмистр, обильно обмазывая жирный блин медом.– В восемьсот двенадцатом по мостовым Парижа прошли, и до Лондона еще доберемся, попомните мое слово…
— В Париже народ чудной,– улыбнулся купец, отхлебывая чай из блюдечка. — Все ни как у людей. Лягушек отваривают и принимают как деликатес, будто варвары какие, а мода посмотрите — вся только из Парижа. Корсеты, юбки, чулочки, рюши… на любой вкус для взыскательной дамы… не хотите, барин, что-то для своей супружницы приобрести?
— Холостой я. В творческом поиске.
— Это правильно,– кивнул ротмистр.– Еще успеется аркан на шею надеть… да и зачем жениться, когда такой цветник рядом…
Он показал на Прасковью и Аглаю, которые стояли в сторонке.
Я решил сменить тему.
— Конечно, торговля дело хорошее. А кирпичный завод в Царицыне имеется?
— Есть такой, барин,– кивнул купец.– А вы для чего интересуетесь?
— Да так, просто полюбопытствовал.
— А я вот слыхал, французы машину специальную придумали для казни,– сказал Прохор.– Преступник голову кладет, нажимают рычаг, и тут же сверху падает огромное тяжелое лезвие. Гильотина называется. Французы говорят, будто это самый гуманный метод казни… Человек помирает за три секунды. Вроде чтобы казнить преступника, и он долго не мучился — р-раз, и душа сразу на небеса отлетела…
— Французишки даже здесь изгаляются, лягушатники проклятые…– пробурчал ротмистр.






