ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В прошлом у Андрея был хороший бизнес, но его подставили и он оказался в заключении, где провел пять лет. Когда Андрей возвращался домой, его неожиданно сбила лошадь, он очнулся в своем городке, но только в середине 19 века,где Андрея приняли за наследника умершей барыни. Вскоре он решает сделать свое поместье образцовым, а заодно, по возможности, кое-что изменить в истории... Барин Роман Соловьев В прошлом у Андрея был хороший бизнес, но его подставили и он оказался в заключении, где провел пять лет. Когда Андрей возвращался домой, его неожиданно сбила лошадь, он очнулся в своем городке, но только в середине 19 века,где Андрея приняли за наследника умершей барыни. Вскоре он решает сделать свое поместье образцовым, а заодно, по возможности, кое-что изменить в истории... Глава 1 Глава 1 Старенький «жигуленок» скрипнул и остановился возле дорожного указателя. Я сразу потянулся за бумажником, но пожилой водитель покачал головой: — Не надо, браток. Тебе деньги самому понадобятся. Долго чалился? — Пятерку. Водитель протянул широкую ладонь с потертой наколкой: — Счастливо! Я пожал руку, вышел из машины и вдохнул свежий апрельский воздух. Какое же это счастье вернуться домой! До Новореченска оставалось всего два километра. Полчаса неспешной ходьбы. Родителям я не сообщил, что меня отпустили на неделю раньше, да и друзьям тоже. Хотя и друзей-то осталось всего двое. Пока я спускался с пригорка, вспоминал, как всегда мечтал покинуть Новореченск, и вернувшись из армии, вскоре перебрался

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Зачем и вправду покупать в поместьях девочек-подростков? Уж точно не для института благородных девиц…

Бричка развернулась и покатила назад. Ко мне уже семенил дедок, которого я увидел еще в первый день. Он скинул картуз и пробормотал:

— Никак сам барин к нам пожаловал?

— Деда, как дела в селе?

— Так дела у генерала-губернатора, а у нас так, делишки… Голубиха третьего пацана родила, здоровый, румяный, весь в отца. Никодим Фролов вернулся с шабашки, по дороге заглянул в кабак, все спустил под чистую. Даже седло и лошадь заложил… а у самого в хате вот-вот стена рухнет и крыша дырявая…

— Пьют мужики?

— Ну а как батюшка не пить, жизнь такая… хочется русскому мужику праздника души…

— Дед, а где живет кузнец Селифан?

Старик показал на вторую с краю избу с вальцованной жестяной крышей.

Я не успел подойти к калитке, как кузнец вышел на встречу. Крепкий малый, чернявый, похож на цыгана.

Он слегка поклонился.

Я обратил внимание, что во дворе кузнеца много полезного хлама. Обрезки труб, листы жести, чугунные швеллеры и стальные пруты. Тут же стояли две недоделанные рессорные повозки и зимние сани.

Видать, мастеровой мужик.

— Селифан, дело к тебе важное. Найди бумагу и карандаш, хочу кое-что заказать.

Через несколько минут кузнец удивленно смотрел на чертеж:

— В длинной полой трубе шнек, на одном конце винт, а на другом — рукоять, я все правильно понял?

— Правильно.

— А длина какая?

— Двадцать четыре метра.

— Не понял вас, барин, что за метры?

Черт, у них же другая система измерения…

Я отошел подальше.

— Сколько от меня до забора?

— Двенадцать саженей.

— Вот такой длины и делай. Еще нужны желобки, можно из тонкого металла. Сейчас нарисую.

Я изобразил вторую схему.

— Когда сделаешь?

— Работа сложная. Но думаю, дней за пять-шесть управлюсь.

— Труба должна быть герметичной, на стыках соединяй хомутами, да покрепче…

— Сделаем, барин. Можете не сомневаться…

— Если нужны помощники — попроси старосту, чтоб дал. Как закончите — доставите конструкцию в поместье…

— Пойду Пантелея кликну, да и начнем с божьей помощью…– кивнул немногословный кузнец.

Таких людей я любил. Тихих, немногословных, старательных. Без преувеличения, именно такой народ и есть Соль русской земли, а не говоруны и кликуши…

Когда я вышел от кузнеца, на улице мне попалась женщина с синяком под глазом. Она поклонилась и тут же отвела взгляд.

— Э… матушка… кто это тебя так?

— Муж, барин. Да я совсем не в обиде.

— За что?

— Пустяки, дело житейское…

— Как тебя зовут?

— Варвара Лушникова.

Я схватил женщину за локоть.

— Веди к мужу!

Она кивнула на колодец-журавель у дома с соломенной крышей. Возле колодца стояли староста Платон Щукин и рябой мужик с мальчишкой лет семи. Вместо обуви на ногах пацана странные тряпки.