— Сию минуту, господа…
Аглая даже слегка покраснела.
За соседним столом обедал степенный купец, он с интересом посматривал на нас. А за дальнем столиком, в углу, выпивали два усатых солдата в расстегнутых шинелях.
— Андрей Иванович, я и вправду смущаюсь…– пробормотала Аглая.
— Не нужно смущаться. Мы же не кур воруем, а сидим в приличном заведении.
Однако Аглая все равно была слегка напряжена, будто чувствовала себя не в своей тарелке.
Один из солдат медленно привстал и слегка пошатываясь, приблизился к нашему столику:
— Прошу прощения, добрый господин. Не дадите ли в долг целковый бывшему кавалеристу Можайскому?
Я усмехнулся, достал из кармана кошель и протянул рупь:
— Держи, военный! Выпей за Россию-Матушку и императора Николая!
— Спасибо, барин! И за вас тоже выпью, и за невесту вашу ненаглядную!
Аглая засмущалась и опустила глаза.
Солдат, пошатываясь, подошел к стойке и сильно хлопнул кулаком:
— Митька, сучий потрох! Неси еще пол штофика!
С полки упало что-то стеклянное и со звоном разбилось.
Вместо полового из подсобки выскочил крепкий детина с бочкообразной грудью. Он неожиданно схватил солдата за ворот, подтащил к двери и грубо вытолкнул на улицу. Тут же подошел к столику, где уже спал второй солдат, положив голову на ладони, схватил его в охапку и так же бесцеремонно выбросил из трактира.
Вот и погуляли ребятушки…
— Однако…– удивился я.
Детина вежливо кивнул мне, и как ни в чем не бывало, опять исчез в глубине подсобки. Появился малец лет десяти, с веником и совком, старательно заметая следы дебоша подвыпившего солдата. Половой принес поднос с обедом и деликатно расставил тарелки, пристально заглядывая мне в глаза.
Аглая вздохнула и с аппетитом набросилась на еду. Я ловил себя на мысли, что мне все нравится в этой юной простой девушке.
— Что-нибудь еще, господа? — вежливо поинтересовался половой.
— Спасибо. Счет принеси…– попросил я и протянул парнишке гривенник на чай.
Прохор однажды рассказал что половые в трактирах получают всего шесть рублей в месяц, потому их еще называют «шестерками». Конечно, на чаевых они накручивают еще рублей двадцать, к тому же харчатся на дармовщинку, потому половым в трактир, оказывается, не так просто устроиться…
Когда вышли на улицу, перед нами вырос невзрачный мужичок. Невысокий и неприметный, гладко выбритый и с хитрым прищуром.
— Господин Никитин, прошу прощения. Один важный человек очень хочет с вами пообщаться.
— Сейчас девушку провожу. Жди здесь.
Я проводил Аглаю до повозки. Герасим как-раз наворачивал кулебяку размером с футбольный мяч.
— Ждите, я скоро…
Интересно, кто этот незнакомец? Что еще за загадки Мадридского двора?
— Пойдемте, господин Никитин,– кивнул мужик.– Здесь недалеко.
Я шагал вслед за незнакомцем.






