А то ты уже со своим мужем всё совсем забыла. — Никит, не перегибай. — Молчу-молчу. Я тебе покажу настоящее свидание, а ты меня научишь вести себя хорошо. — С удовольствием! Мне же заняться больше нечем, как мальчишек воспитывать. — Тебе понравится. — На дорогу смотри, Дон Жуан! Алёна зашла в их с Николаем квартиру, тихо, чтобы не разбудить мужа и сына, прикрыла за собой дверь и осторожно положила ключи на полку. К ней тут же бросился рыжий кот, который принялся тереться о ноги, мурлыкая и выпрашивая еды. Николай наверняка снова забыл его покормить. Размотав шарф, Алёна бросила его на полку и шёпотом скомандовала коту: — Бонь, жрать идём. И тут же услышала мужнино из кухни: — Не шепчи! Я не сплю. А Павлик с друзьями ушёл. — Понятно, а я-то тут стараюсь, не шумлю. Алёна вошла в кухню, где в неизменной позе, скрючившись за ноутбуком, на мягком уголке сидел Николай, даже не оторвавший взгляд от монитора. Картина, которую она заставала день за днём, независимо от времени суток или дня недели. Программист — и этим всё сказано. В работу мужа не лезла. Во-первых, ничего в ней не понимала. Во-вторых, она приносила какой-никакой доход, а это главное. — Как повеселились? Я думал, ты до утра, — так и не отлепившись от работы, буркнул Николай, и Алёна вскинула брови. Насыпала коту корма, поставила чайник. Интересно, если не ответить, муж заметит? — Нормально повеселились. И я сказала, что не до утра. — А, да. Точно. Алёна устроилась за столом, подперла рукой подбородок и посмотрела на мужа. Лицо сосредоточенное, хотя, ей виден только лоб с падающими на него вихрами, которые Коля по привычке постоянно убирает. В глазах за стёклами очков какая-то безуминка, присущая, наверное, только компьютерным гениям. Остальное можно дорисовать по памяти — крупный нос, который Николай именует аристократическим, подбородок со щетиной и ямочкой посередине. — Коль… — М? — Может, смотаемся куда-нибудь? В Сочи там или Крым? — С ума сошла? У меня проект горит. — Он у тебя всегда горит. Вспомни, когда мы в последний раз куда-то выбирались. Николай оторвался от монитора, но лишь на секунду. Окинул жену быстрым взглядом, хорошо хоть на лоб ей руку не положил, чтобы проверить, не перегрелась ли. — Ты только из гостей. — Я не об этом. Вдвоём. В кино хоть вон. Или в Сочи эти несчастные. — В Сочи? Павлик тут знаешь, какие Сочи без нас устроит? — А мы его с собой возьмём. — Ага, чтобы он ныл, как ему скучно с престарелыми родителями? — Эй! Мы не престарелые! — Алёна возмущённо стукнула мужа ногой под столом. Может, хоть это было способно привлечь его внимание и оторвать от монитора? Смешно. Ещё пару часов назад она заверяла чокнутого сына подруги, что слишком стара для него, а сейчас слова мужа о том, что они уже немолоды, больно резанули своей правдивостью.

Об этой истории
Сколько бывает измен, столько можно написать о них историй. Эта — будет о том, как можно оказаться на изнанке собственной жизни, где слишком больно и горько. О том, как можно потерять всё, но обрести гораздо больше. И о том, как можно изменить. Себя. Или себе. Изнанка Полина Рей Сколько бывает измен, столько можно написать о них историй. Эта — будет о том, как можно оказаться на изнанке собственной жизни, где слишком больно и горько. О том, как можно потерять всё, но обрести гораздо больше. И о том, как можно изменить. Себя. Или себе. ЧАСТЬ 1 ЧАСТЬ 1 ОТРЫВОК 1 — Да мать твою, куда ты прёшь? — Никита! Ну ты вообще монстр. — Да он сука просто. — Хорошо, что я не леди. — Хорошо, что мне не хочется извиниться. — Хам. — Ещё какой. Алёна поджала губы и посмотрела на Никиту внимательнее. Молод, горяч, машину ведёт жёстко, то перестраиваясь так, что приходится оттормаживаться, то матерясь, когда его подрезают. Если бы не была в подпитии, наверное, уже бы возмутилась. Но кричащая из динамиков музыка, ветер, долетающий в приоткрытое окно, молодой парень за рулём, который едва ли не в сыновья ей годился — всё это стирало границы. — Во всём такой? — Что вы имеете ввиду? — Да ничего. Алёна поморщилась. Это его обращение на «вы» неприятно резануло слух. — Хочешь, на «ты» перейду? Он что, мысли читает? Алёна снова посмотрела на Никиту. Красивый, даже слишком. Будь ей лет на пятнадцать меньше, она бы показала этому парню, по чём фунт лиха. Но он был не просто непростительно молод, но ещё и я





