На репетиции театральной постановки
Но однажды, когда я работал в самой крупной бразильской телекомпании «О Глобо», писал тексты и сценарии для передач, она пришла ко мне.
– Хотела снова с тобой встречаться?
– Нет. Все было гораздо хуже. Она пришла попросить об одолжении, а я ей отказал. В тот момент Бог показал мне, насколько мне не хватает щедрости. Так вот, она пришла, воодушевленная, и сказала: «Пауло, ты не работаешь в театре, но пишешь сценарии для телевидения, это прекрасно. – И добавила: – Я хочу попросить тебя об одолжении. Я знаю, что у твоего директора есть театр. Познакомь меня с ним, пожалуйста, я хочу стать актрисой».
Пауло и Фабиола
Так повторилась моя прошлая история, когда я мечтал о театре, а она с невероятной щедростью помогла моей мечте исполниться, отказавшись от подарков.
– А ты забыл, что она сделала для тебя.
– Не то чтобы забыл, но, по правде говоря, струсил и не решился попросить начальника об одолжении. Я сказал ей: «Фабиола, ничем не могу тебе помочь». И она ушла, опечаленная.
В то время я был очень черствым, думал только о себе, но спустя год осознал, что поступил подло, мне стало ужасно стыдно, но в глубине души я надеялся, что Господь даст мне шанс очистить свою совесть.
– Так и случилось?
– Да, Хуан, потому что Бог сначала показывает тебе твои худшие стороны, а потом дает новый шанс исправиться. Так случилось, что, в конце концов, Фабиола передумала играть в театре и стала заниматься скульптурой. Она добилась успеха, ведь у нее потрясающий талант.
Однажды, когда я уже стал признанным, известным в Бразилии писателем, мы с ней столкнулись в баре. Она сказала: «Как здорово, Пауло, что твои книги пользуются успехом».
Мне стало ужасно стыдно за то, что произошло тогда, и я сказал, глядя ей в глаза: «Ты все еще хорошо относишься ко мне, хотя я повел себя с тобой, как последний мерзавец?»
Но она сделала вид, что не понимает. Мне не пришлось просить у нее прощения. Мы с тобой как-то говорили об этом.
Настоящее величие души проявляется в том, что тебе уже не нужно прощать, потому что ты не чувствуешь никакой обиды. Ведь прощать всегда означает, в какой-то степени, считать себя выше других, унижать тех, кого прощаешь.
– Она не столько простила, сколько великодушно обо всем забыла, чтобы ты не чувствовал себя неловко?
– Именно. Но она дала мне еще один шанс. Она сказала: «Забудь о том, что было. Может, это и к лучшему, что я не стала актрисой. Сейчас я очень счастлива, что стала скульптором, и хочу попросить тебя о новом одолжении».
Я просиял и сказал: «Проси, о чем захочешь. На этот раз я тебя не подведу». И она рассказала, что мечтает создать скульптуру и установить ее на одной из площадей Рио-де-Жанейро.






