Такой крупный и мягкий с виду, но не герой, оказался. А так бы все вволю набили животы.
После короткого сна, когда сходил в мастерскую и вызвал прямо из дома специалиста, столяр замерил все размеры и пообещал выдать кровать через три дня. Можно было и раньше, но дополнительный день он взял на покраску дерева в красивый цвет, который я сам и выбрал, и нанесение украшений путем художественной резьбы, которые я тоже одобрил по выставочному образцу.
За все дела попросил аж целый золотой тайлер.
Раньше я бы серьезно задумался о необходимости покраски и украшений, но после счастливого, для меня, визита в усадьбу Рыжих, такой вопрос больше не стоит на повестке.
Грита уже несколько раз шутила о том, чем мы занимаемся именно на матрасе.
Я тоже хотел схохмить про пол и половую жизнь, но в Черноземье эти слова имели разные корни и смешно не получалось.
Дело шло к вечеру, когда я, наконец, услышал шаги на пороге.
Девушки вернулись, Орния забрала сына, а певица прилегла дать отдых ногам. Положив их на табурет и, искушающе, спустила на бедра подол летнего платья.
Видимо, с какой-то коварной целью, раз мои глаза постоянно натыкались на эти голые ноги. Через десять минут мои мысли о том, что лучше воздержаться перед боем от траты энергии, куда-то бесследно испарились.
Но я очень старался не растратить энергию, изо всех сил. Поэтому напал только один раз на девушку и очень экономно, чем даже удивил ее.
Пришлось напомнить, что у меня вечером тоже выступление, хоть и более короткое, но гораздо более энергозатратное, чем у нее.
Грита все равно ничего не поняла, а я осознал, что лучше молчать и не использовать примеры и знания из моей прежней жизни в здешних, еще очень простых временах.
Когда про потраченную энергию, которая не так быстро возмещается — ничего еще лет пятьсот известно не будет.
Сейчас здесь все проще, если ты мужик, должен всегда и не жалея сил.
Так мы и провалялись, пока не пришло время певице приводить себя в порядок, надевать красивое платье и наносить сценический грим.
Что-то похожее на тот вид, без которого девушки в девяностые годы моей молодости не выходили на улицу.
В трактир мы отправились вместе, с пришедшей охраной.
Сегодня вечер выходного дня, много мужиков в охрану, по такому случаю, нанимает хозяин *Лисы и Журавля*. По деньгам, которые платит, может выбирать самых лучших и внушительных парней.
Пришли опять тот широкоплечий взрослый мужик и его светлоголовый племянник, который не смог долго молчать:
— Ну, что, Охотник, не страшно тебе? Генс то крутой боец.
— Для тебя, может, и крутой, а для меня..- и я замолчал.
— Что для тебя? — не выдержал парень моего молчания.
— Как тебя еще не выперли с работы? — притворно удивился я, — Когда ты против своего же трактира выступаешь.






