Под приметной елью раскопал землю с обратной стороны от дорожки, сложил в рюкзак свои теплые вещи, один плащ, шапку и носки, гильдейские шмотки, за исключением куртки, спички и зажигалку, фонарик с еще живыми батарейками, которые достал из него, чтобы не разряжались. Даже баллончик с перцем убрал в рюкзак, как слишком яркую, нездешнюю вещь. Из десяти золотых оставил себе всего два и половину серебра, выглядеть богатым мне теперь противопоказано категорически.
Я — скромный, глуповатый, неразговорчивый мужик с копьем, ищу работу в охране обоза или любую другую. Хорошо работаю именно с копьем, люблю пожрать по любому поводу, на денежку прижимист.
Оставил еще таблетки, одну упаковку, потом зашью ее тоже куда-нибудь.
Хорошо бы наняться в охрану каравана, и при деле и иду, куда хотел, и внимание не привлекаю совсем. Послушаю народ, подтяну язык и попутешествую.
Закопал очередной тайник, присыпал влажными листьями, которыми тут все усыпано и собрался было вставать, как мой маячок просигналил мне, что недалеко, метрах в пятидесяти, со стороны, откуда я пришел, появился медленно крадущийся человек.
Вот тебе и первые плоды не до конца правильно сыгранной роли.
Не превзошел себя в артистическом ремесле, и придется убивать кого то, слишком смелого или, скорее, глупого, решившего переиграть уже проигранную партию. Это, наверняка, Изаура поспешила поднять своего мужика, показав серебро и то, что с меня можно хорошо поднять всякого добра, которое очень понадобится в семейной жизни. Она то могла много увидеть, если почти все время была при мне, отбегая только за едой для своего властелина.
Да, это тот самый, получивший по затылку древком мужик, крадется за мной, да не просто крадется, желая пустить погоню из знакомых поселян в нижнем селении, еще и легкий лук прихватил, с пятком стрел. Хочет и сам отомстить, пустить кровь, за пережитое унижение и свою потрепанную немного бабу.
Сто процентов, Изаура его надоумила отправиться за мной следить и, в подходящий момент, вбить куда-либо стрелу. Вон как крадется, почти на цыпочках, с наложенной стрелой на тетиве. Видел, что я вошел в рощу и, выждав десять минут, не удержался, чтобы убедиться, что я вышел, а решил сам проведать, чем я тут занимаюсь.
Шансы у него были, а вот теперь — уже нет. Почти.
Я успел спуститься и занять позицию за густым кустом, стоящим на пути выгляданца и затаился, ожидая его появления. Но и тот оказался не совсем беспечен и обходил куст очень осторожно, ожидая сюрприза, а, потом, вообще сменил направление и решил зайти мне в тыл, что я понял, прощупав его умением. Почувствовал мужик что-то или нет, но пришлось мне углубиться в кусты и ударить копьем по смутному силуэту, видневшемуся через ветки, не дожидаясь, пока он увидит меня.






