Учитывая манеру Маргариты Ивановны одеваться, которую она и у Василия Алексеевича демонстрировала, сейчас она произвела совсем иное впечатление.
Плиссированная тёмно-синяя юбка в пол, в цвет ей закрытая под самое горло блузка, поверх наброшен жакет. По стоячему вороту блузки пущены кружева, на груди висит небольшой кулон из белого золота, выложенный мелкими бриллиантами, в форме небольшого раскрытого бутона. Рукава в три четверти позволяют оценить изящество рук и заодно демонстрируют строгие наручные часы.
— Маргарита Ивановна, — чуть склонив голову, поприветствовал я её, взяв за руку, — вы сегодня выглядите просто превосходно.
Ростова чуть склонила голову набок, на её губах появилась мягкая улыбка.
— Благодарю, Иван Владимирович, — ответила она, после чего перевела взгляд на мою сестру. — Екатерина Владимировна, рада видеть вас снова. Должна заметить, в этом платье вы выглядите шикарно.
— Это взаимно, — подтвердила сестра, с интересом разглядывая наряд моей бывшей одноклассницы.
Оставив их обсуждать внешний вид, я в компании Инны добрался до кресел, и только тут Андрей Васильевич соизволил подняться на ноги. Смирнов лишь убедился, что младшая Корсакова занята и не скоро к нам присоединится. Видимо, до сих пор старался держаться от неё на расстоянии, чтобы не провоцировать меня.
— Здравствуйте, Иван Владимирович, — протянул руку он.
— Добрый вечер, Андрей Васильевич.
Я ответил на рукопожатие, и мы все опустились на сидения. Инна Витальевна на правах хозяйки устроилась в центре, нам достались места по бокам от неё.
— Предлагаю общаться по-простому, как в гимназии, — положив руки на подлокотники, озвучила она. — В конце концов, здесь только свои.
— Согласен, — не стал возражать Смирнов.
Мне оставалось только руками развести. К нам подошли Ростова с сестрой. Катю, как самую младшую, Маргарита Ивановна уже успела снабдить напитком. Естественно, никакого алкоголя, только сок. Яблочный, судя по запаху.
— Расскажите, что у вас нового, — взяв управление беседой в свои руки, предложила Инна Витальевна. — После того нападения я всё время провожу в особняке, меня даже на прогулку отпускают только под усиленной охраной.
Мы с Андреем переглянулись, и я кивнул, уступая ему право говорить первым.
— Ну, про то, что на меня пытались охотиться, полагаю, всем известно, — сказал он. — После того случая никаких проблем не было. Я сейчас подал документы в Московскую Академию Управления, буду учиться вести дела. Заодно отец обещал выбить мне должность в канцелярии государственного банка. Так что первую половину дня займут занятия, вторую — служба. Буду вторым помощником третьего заместителя уборщика — вбивать циферки из одной таблички в другую.
Я усмехнулся на это заявление, чем привлёк к себе внимание.






