— Так, может быть, — глядя в глаза деда, спросила Маргарита Ивановна, — ты возьмёшь меня с собой, чтобы я могла поблагодарить Ивана Владимировича лично?
Глава 8
Глава 8
Москва, особняк дворянского рода Корсаковых. Корсаков Иван Владимирович .
Большие приёмы в Кремле — событие регулярное, на котором монарх выслушивает отчёты подданных, их жалобы, раздаёт персональные задания. Ну и отмечает отличившихся — в ту или иную сторону. Никаких балов в этот день не проводится, по сути, большой приём — это рабочее совещание, так что без напитков и угощений с карточными играми. Вот если бы был бал — там другое дело.
Учитывая, что Платон Демьянович мне всё разжевал, я был совершенно спокоен. И глава рода тоже была сдержана, занимаясь своими делами до момента, когда нам будет необходимо выехать. А Екатерина Владимировна никак не могла найти себе места.
Прислуга нашего особняка носилась, как наскипидаренная, всё утро, чтобы собрать девицу Корсакову для выхода в свет. Матушка не вмешивалась, позволяя дочери самой справиться с нелёгкой задачей по подбору наряда, причёски, косметики и украшений.
Если я был выпускником гимназии и имел право на парадный китель учебного заведения, а матушке было предписано явиться в форменной одежде медицинской службы, то несовершеннолетняя сестра могла позволить себе красивое платье. И, похоже, в этом и заключалась основная проблема.
Корсаковы хоть и не самый богатый род, однако в семье целителя жить и ходить по миру с протянутой рукой? Гардероб обеих моих родственниц был забит до отказа всевозможными нарядами на любой вкус и писк моды.
Это я придерживался консервативной одежды и заказывал одинаковые костюмы сразу по несколько экземпляров, но я мужчина, у нас и выбор не такой большой — костюм в полоску вертикальную, горизонтальную или монотонный. Те благородные мужчины, кто желал пощеголять нарядом, делали это с помощью подбора цветов, тканей и аксессуаров.
Впрочем, до нашего отъезда оставалось ещё время, и я как раз намеревался воспользоваться им, чтобы заняться своими делами.
— Как думаешь, она успеет? — закрыв карманные часы, спросил я, повернувшись к матушке.
Анастасия Александровна заполняла документы, сидя за компьютером. Ко мне она даже не повернулась, чтобы ответить.
— Успеет, — сказала матушка. — Дай девочке насладиться моментом, Ваня. Это с вас, мужчин, что взять? По пути до приёма сорочку не заляпал — уже красавец, костюм не порвал — жених.
На её губах появилась очаровательная улыбка, сразу же сделавшая строгую госпожу Корсакову привлекательней и моложе.
— Вот помню свой первый раз, — с нотками ностальгии в голосе произнесла она. — Я тогда была совсем ещё юной…
— Да ты и сейчас, мам, краше всех на свете, — ничуть не кривя душой, заверил я. — И так будет всегда.






