У меня к вам предложение: заглянем в казарму! — Барон Клюгенау, — ответил Карабанов, — оригинальнее вас: он зовет меня в турецкие бани… Казарма была пустой и мрачной — бывшая буйволятня местного феодала. Вдоль стены ее, матово посверкивая примкнутьши штыками, стояли солдатские ружья. Некрасов пошел мимо ружейного ряда, крепко хлопая ладонью по стволам винтовок, словно по жердинам забора: — Смотрите сюда, поручик: «бердана номер один» — нельзя стрелять лежа… «крнка», или попросту, как говорят солдаты, «крынка» — патрон тяжел и нет экстракции… «карле» — боится дождя, патрон из бумаги… «минье» — брось его на песок, и затвор уже отказал в работе… «шассепо» — просто дрянь… Калибры тоже разные: от четырех и двух десятых до шести линий. И весь этот чудовищный разнобой мы, поручик, имеем счастье наблюдать в одной роте! — А что вы негодуете? — удивился Андрей. — Россия, как вам известно, — страна «пространственная» и со времен Рюрика держится лишь на одних беспорядках. Выбирайте сами: беспорядок и Россия или же порядок, но — нет России… — Да черт вас всех разбери! — не на шутку рассвирепел Некрасов, хватая с пирамиды новенькое ружье фельдфебеля. — Вот таких «бердан номер два» лежит на складе двести тридцать тысяч штук. Удобных, легких, красивых, прочных… И что же? Не хотят генералы вооружать ими солдата. Боятся, что совершенное оружие увлечет солдата стрельбой и он утратит якобы «присущее» ему стремление к штыковой бойне! А сколько проливается крови в этих драках? Это же абсурд… Прощаясь, Некрасов неожиданно спросил: — Скажите, поручик: вы любите охотиться? Карабанов подумал: — Да нет, пожалуй… Хотя, — спохватился он, — на роду и написано: мой дед половину имений спустил на борзых да лягавых. Не погиб в Аустерлице (вот., посмотрите, — Андрей щелкнул каблуками, — это еще от него шпоры! ), а ружье на охоте разорвалось в руках и умер… — Ну, а мы собираемся. Поедемте с нами, — предложил штабскапитан. — Казаки говорят, что видели двух барсов… Компания небольшая, больше едут подурачиться. Кстати, Никита Семенович и свою супругу навязал нам… Ну, решайте! «Если и Аглая, то ехать не надо», — рассудил Андрей, но язык сказал за него другое: — Спасибо за приглашение. Я буду рад… Аглая, как видно, тоже не ожидала встретиться с ним. Лицо у нее как-то сразу изменилось. Кивнув поручику головой, не отличая его ничем от других офицеров, она пристроила свою лошадь к лошади капитана Штоквица, и до Карабанова часто долетал ее смех. «О чем может толковать ей этот сухарь? » — с недоверием подумал Карабанов и подогнал своего Лорда шенкелями поближе… — …Вы напрасно думаете, сударыня, — услышал он говорок Штоквица, — что вопрос о женской эмансипации поднят только в кругу европейских женщин.

Об этой истории
Роман `Баязет` посвящен одному из драматических и героических эпизодов русско — турецкой войны 1877 — 1878 годов — обороне немногочисленным русским гарнизоном крепости Баязет, вошедшей в историю под названием `Славного баязетского сидения`. Это была первая проба талантливого автора на поприще отечественной исторической беллетристики. Как показали последующие книги В. Пикуля, отечественная история стала для него главнейшей темой творчества. Баязет Валентин Пикуль Роман `Баязет` посвящен одному из драматических и героических эпизодов русско — турецкой войны 1877 — 1878 годов — обороне немногочисленным русским гарнизоном крепости Баязет, вошедшей в историю под названием `Славного баязетского сидения`. Это была первая проба талантливого автора на поприще отечественной исторической беллетристики. Как показали последующие книги В. Пикуля, отечественная история стала для него главнейшей темой творчества. ОТ АВТОРА — ЧИТАТЕЛЮ ОТ АВТОРА — ЧИТАТЕЛЮ Это мой первый исторический роман. Первый — не значит лучший. Но для меня, для автора, он всегда останется дороже других, написанных позже. Двадцать лет назад наша страна впервые раскрыла тайну героической обороны Брестской крепости летом 1941 года. Невольно прикоснувшись к раскаленным камням Бреста, я испытал большое волнение… Да! Я вспомнил, что нечто подобное было свершено раньше. Наши деды завещали внукам своим лучшие традиции славного русского воинства. Отсюда и возник роман «Баязет» — от желания связать прошлое с настоящим. История, на





