– Не дождутся! Давай перегрузим? Поможешь?
– Давай!
– Сколько за помощь возьмешь?
– Издеваешься?
– Да ты ж все деньгами меряешь, Володя!
– А ты нет? Не будет шуршать в кармане, что делать станешь? Попрошайничать пойдешь? Хотя нет, ты в попрошайки не пойдешь, ты грабанешь кого-нибудь. Да и я тоже. А куда деваться?
– Мрачные у тебя мысли. Оптимизма нет!
– Откуда ему взяться? При Советах, когда из армии вернулся – в десанте, между прочим, служил, – все столбы и стены, заборы были объявлениями о работе оклеены. Пошел в таксопарк. Сначала, понятно, в слесарях обретался, потом старенькую тачку получил, затем уж нормальную машину и сменщика-наставника. Так знаешь, сколько зарабатывал? Много! И женился, и детей родили, кооперативную хату сгондобили. За каким хреном менять жизнь было? Союз, черт с ним, что распался, все одно, нацмены и тогда по своим законам жили. Но Россию-то за что опустили? Народ ее?
– Не так все плохо, Володя. А будет лучше, возможно!
– Вот именно, что возможно. Ну, ладно, перегружаем ящик. Кому телевизор взял? Себе?
– Дядьке с теткой.
– Щедрый ты!
– Какой есть!
Перегрузив подарки, оставив тележку на стоянке, Владимир вывел «Волгу» на дорогу, ведущую к трассе северного направления. По трассе прошли нормально, а вот грунтовка действительно оказалась в ужасном состоянии. Петляя между ухабов, срываясь в колею и с трудом выходя из нее, под мат водителя все же доехали до деревни.
Таксист указал на крайние дома, показавшиеся за холмом у поворота реки:
– Вон оно, твое Ухарево.
– Вижу! Подъезжай к третьему справа дому.
Владимир остановил машину в указанном месте. Выгрузили прямо на скамейку у покосившегося забора покупки. Андрей расплатился с таксистом, и тот, развернув «Волгу», повел ее обратно к трассе. Дементьев прошел к дому. Странно, на двери висел замок, шторы окон были плотно завешены. Раньше здесь замки не вешали, даже когда уезжали в город. Андрей вдруг вновь ощутил непонятную тревогу. Все и в городе, и здесь было не так. Дом сестры матери тетки Шуры, ее мужа дядьки Василя, их сына Сани и его жены Веры находился по соседству. Дементьев подумал, может, мать к ним перебралась? Но зачем? И почему замок повесила? Непонятно.
Неожиданно сзади раздался хриплый голос двоюродного брата:
– Андрюха, ты ли это?
Дементьев обернулся:
– Саня? Здоров! Как видишь, я. Приехал вот, только никто не встречает. А ты откуда идешь?
– Да так, надо было к соседу заглянуть.
– В запое, что ли?
– Да! Опять в штопор сорвался.
– Лечиться тебе надо! Но это дело твое. Ты скажи, где моя мать? Дом на замок закрыт, в городе ее нет!
Александр отвел глаза в сторону:
– Так это, Андрюх, померла тетка Ольга!
– Что?!! Что ты сказал?
– Померла мать твоя, Андрюх!
– Как? Когда?
– Недавно, похоронили в среду, седьмого числа.






