ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Испытания машины времени, проводившиеся в СССР в начале 1980-х, дали совершенно неожиданный результат. Хотели попасть в Среднюю Азию конца XIX века, чтобы подготовить там плацдарм для мировой революции и победы коммунизма, а угодили… в абсолютно неизвестный мир, где правят магия и волшебство, существуют ордена чародеев, воюющие между собой, процветают могущественные империи с культами кровожадных богов. Что же делать? Уйти потихоньку восвояси или… Руководство первой в мире страны рабочих и крестьян принимает решение продолжать эксперимент, готовя плацдарм уже для революции вселенского масштаба. И через межпространственный портал на планету Аргуэрлайл перебрасываются войска и техника, водружаются над захваченными после тяжелых и продолжительных боев городами алые стяги, отправляются в дальние рейды разведотряды, а для бойцов сформированных из магов спецчастей проводятся занятия по боевой и политической подготовке.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А потом — тот самый доклад, к провалу которого он себя заранее готовил, но который был поддержан и утвержден. Старый маршал выручил, земля ему у кремлевской стены пухом.

И вот скоро все решится. Главные полигонные испытания по программе «Порог» завершатся ровно в 12.00 по местному времени. Уже через пять минут…

Только бы сработало! Может он зря отказался от мысли — произвести главный эксперимент где-нибудь в районе действующих зон контакта?

Хотя пожалуй всё-таки нет — только Богу известно — что будет если заряд рвануть в дромосе.

Ага, вот оно!

…Над каменным цирком медленно поднялся, ослепительно сияя на солнце, огромный купол. Наклеенная на крупноячеистую сеть алюминиевая фольга и станиоль, подвешенные к десятку аэростатов. Аэростатов, пролежавших где-то на складах с самой той войны. Тоже должно дать свой эффект — пусть и на ничтожную долю мига.

Пошел отчет.

Когда мертвенный голос произнес «Ноль», Байлаков привычно прикрыл глаза на шесть секунд.

Он знал, что именно шесть секунд происходит реакция. Ровно шесть секунд длилась вспышка. Беззвучно вспыхнул и растаял серебряный купол, и уже ничто не мешало свету. Слепящему, жгучему, яростному, и вместе с тем какому-то мертвому. Ровно шесть секунд длилась вспышка. А когда она погасла, реле замкнули контакты, и электроток вонзился в сотни детонаторов, разбросанных в толще почти тысяча тонн старых боеприпасов, замурованных в обступивших цирк штольнях и шурфах. Синхронизированные направленные взрывы раскололи казавшуюся монолитной скалу и обрушили еще исходящие жаром каменные глыбы вниз, на дно провала, хороня облученный камень…

Возникла пологая седловина, уходящая вниз, к каменному развалу.

И в еще конце, когда осела пыль, взгляд мог различить некое смутное мерцание.

Но стоило взглянуть на него через спецфильтр, то явственно различался обращенный вершиной вниз треугольник со скругленными углами.

— Поздравляю, товарищи… — вдруг севшим голосом произнес Байлаков.

Мезенцев недовольно зыркнул на историка. Вечно эти гражданские торопятся…

Москва, Старая Площадь. За год с небольшим до вышеописанного

Сергей Сергеевич Байлаков, доктор наук, профессор, заведующий отделением перспективных проблем физики филиала МИФИ, нервничал.

И было отчего: именно сейчас решалось дело его жизни. То, чему он посвятил три последних года и почти пятнадцать лет до этого.

Сейчас перед ним сидело три человека — довольно-таки немолодые и не слишком похожие на свои портреты, которые висят почти в каждом учреждении. Двое в строгих темных костюмах, один — в мундире с маршальскими звездами. Три члена высшего руководства страны, которые должны будут определить — дать добро на проект «Порог» или нет.