ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Смерть. Место, «откуда еще никто не возвращался»... кроме, разве что, нескольких жалких призраков? Информация устарела! Изобретение танатонавтики — способа свободного путешествия по миру Смерти — изменило все. Танатонавты уже признаны пионерами «послесмертных географических открытий». Представители разных конфессий уже передрались за сферы влияния. Начинается колонизация загробного мира! Танатонавты Бернард Вербер, Игорь Судакевич Смерть. Место, «откуда еще никто не возвращался»... кроме, разве что, нескольких жалких призраков? Информация устарела! Изобретение танатонавтики — способа свободного путешествия по миру Смерти — изменило все. Танатонавты уже признаны пионерами «послесмертных географических открытий». Представители разных конфессий уже передрались за сферы влияния. Начинается колонизация загробного мира! ЭПОХА ПЕРВАЯ: МАСТЕРА НА ВСЕ РУКИ ЭПОХА ПЕРВАЯ: МАСТЕРА НА ВСЕ РУКИ 1 — УЧЕБНИК ИСТОРИИ "Когда-то все люди боялись смерти. Словно постоянный шумовой фон, напоминала она о себе каждую секунду. Всякий знал, что в конце всех его деяний ждет неумолимое исчезновение. Это отравляло любую радость. Вуди Аллен, американский философ конца XX-го века, так отразил царившие в ту эпоху настроения: «Пока человек смертен, он до конца не расслабится». Учебник истории, вводный курс для 2-го класса 2 — ЛИЧНЫЙ ДНЕВНИК МИШЕЛЯ ПИНСОНА Есть ли у меня право об этом говорить? Даже сейчас — уж сколько времени прошло! — мне трудно поверить, что все так и было. Мне трудно поверить, что я приня

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вот увидите, жизнь — это штука, что будет в моде еще долго, очень долго!" Обращение НАПроЖ, Национального Агентства по пропаганде жизни 269 — ПОЛИЦЕЙСКОЕ ДОСЬЕ Рапорт в компетентные органы Ну это уже чистое безумие! Если вы такие могущественные, то не позволяйте тогда спесивой гордыне брать над собой верх. Признайте свои ошибки. Ваша всетерпимость пагубна. Слишком пагубна. Для всех. Ответ компетентных органов Вас ослепляет страх. Поспокойней, пожалуйста. И в особенности, без паники. Мы все видим. 270 — ЯПОНСКАЯ МИФОЛОГИЯ "Мы всего лишь песчинки, но мы вместе. Мы словно песчинки на пляже, но без песчинок пляжа никогда бы не было". Поэма на языке ямато (древнеяпонский) 271 — САМОУБИЙСТВО, КАКАЯ ОШИБКА Национальное Агентство по пропаганде жизни старалось изо всех сил, но результаты были смехотворны. Потребовалось случиться трагедии (ныне известной как «инцидент Ламберта»), чтобы положить конец движению за суицид. Произошло это в воскресенье, на нашем танатодроме «Соломенные Горки». Мы иногда разрешали своим друзьям пользоваться нашими пусковыми тронами. Мсье Ламберт, хозяин любимого нами тайского ресторана, попросил нас просто дать ему разочек самому попробовать. Отказывать ему оснований никаких не было, тем более что, раз мсье Ламберт был что-то вроде шеф-повара нашей фирменной столовой, мы старались поддерживать с ним самые хорошие отношения. Так вот. Он сел в кресло. Мы настроили аппаратуру. Он отсчитал «шесть, пять, четыре, три, два, один, пуск» и нажал грушу, все по правилам. Пока что никаких аномалий. Дикость произошла при возвращении. Когда мсье Ламберт открыл глаза, мне показалось, я вижу перед собой второго Жана Брессона. Его трясло в нервной горячке, даже лицо перестало напоминать нашего вечно невозмутимого таиландца. Теперь перед нами сидел человек с немигающим и жестким взглядом. Другой человек. Может, это мистер Хайд, до сих пор скрывавшийся в докторе Джекиле-Ламберте? — Мсье Ламберт, вы себя хорошо чувствуете? — спросил я. — О-ооо да-ааа! Отлично, просто здорово. Никогда еще так свежо себя не чувствовал! — Вам удалось посетить Запредельный Континент? — подступилась к нему Амандина. — О-ооо да-ааа! Посетить, я посетил. Очень, очень интересное место. Голос его принадлежал прежнему Ламберту, внешность тоже и все же я был готов поклясться, что мы имеем дело с другим человеком. Позднее оказалось, что у него сардонический темперамент, а в глазах читалась какая-то даже извращенность, что ли. Он напрочь позабыл кулинарию, вплоть до своего любимого рецепта лапши под базиликовым соусом. На кулинарию ему, скажем прямо, сейчас было наплевать. Он неожиданно продал свой ресторан. Отныне его бывшие, столь опекаемые клиенты могли кормиться, где им вздумается! Он умыл руки.