ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Полина – взбалмошная восемнадцатилетняя мажорка, которая росла без матери и отчаянно хотела обратить на себя внимание отца. Спасаясь от удушающего одиночества, Полина регистрируется на сайте знакомств и умышленно добавляет себе возраста. Илья – рассудительный военный хирург, который не ищет серьезных отношений, вот только в один роковой день всё меняется. Юная девушка с сайта знакомств становится для мужчины непреодолимым, запретным искушением. ... Они встретились, чтобы расстаться и расстались, чтобы потом быть вместе навсегда. «Единственные» – это психологический роман, рассказывающий о силе любви, с помощью которой можно преодолеть все преграды, и о силе прощения: так сложно кому-то довериться, но если сделать это, то можно почувствовать, как за спиной раскрываются крылья и несут тебя в счастливую жизнь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Угостишь? – кивает на пачку сигарет, которую я отчаянно сжимаю в руках. Мы выходим на улицу, и он устало плюхается на крыльцо. Я присаживаюсь рядом и протягиваю ему открытую пачку. – Слушай, я, наверное, брошу. После такого, – говорю ему, не сводя глаз с кареты «Скорой помощи», которая уже превратилась в точку, но все еще видна. – Все время собиралась, а тут вроде как повод. – А я, пожалуй, снова начну, – отвечает медленно. Зажимает сигарету между зубами, щелкает зажигалкой. Глубоко затягивается, потом выпускает дым изо рта и носа. – У них все будет хорошо? – спрашиваю. – Я не знаю. Я жду ответа. – Прости. Я и правда не знаю. – Но ты же врач! – Поля, я хирург-травматолог, а не акушер. Никто бы в здравом уме при таком положении плода не пустил Мию в роды. Кесарево без вариантов. Но мы сделали все, что смогли. – Илья смотрит на меня и не отводит взгляд: – Я тебе клянусь. Я все же прикуриваю, силясь в очередной раз не затопить мир слезами. – Честное слово, я никогда не заведу детей. Никогда-никогда-никогда в жизни! Он долго смотрит на меня, чуть прищурившись от едкого дыма. – Сделаю вид, что не слышал этого. Какие у тебя планы сейчас? – Поеду в больницу. Надо еще папе голосовуху записать. – Мой голос дрожит, а слезы продолжают омывать лицо. – И Насте. Боже. – Тру лоб. – Как страшно! – Я затягиваюсь, но давлюсь дымом и кашляю. – Почему я не вызвала «Скорую» раньше?! Надо было уйти с последней ленты. Это я виновата! – Ты ведь сделала это без разрешения. Могла бы вообще ничего не делать. – Я растерялась. Арсений уверял, что все под контролем. Что все по плану! Идеальная беременность. Мия была такой здоровой, занималась йогой и прочим. В нашей семье главное зло – это я. Курю с восьмого класса, уроки прогуливаю. А Мия… она хорошая, понимаешь? За что ей это? – Роды, принцесса, всегда непредсказуемы. Природой все продумано, это правда. Но машина с реанимацией должна дежурить у ворот на всякий случай. – Если бы мы не приехали, она бы?.. – Мой голос срывается. – Думаю, ты спасла ей жизнь, – говорит он серьезно. – И, надеюсь, ребенку. Мы смотрим друг другу в глаза. Они у него светло-серые и уставшие. Но при этом… теплые и добрые. На фотографии казались хищными – меня это зацепило. Сейчас они другие. Он облизывает сильно обветренные и покрасневшие губы. Мой взгляд скользит по его лицу, по россыпи крошечных родинок на щеке, которые я вчера снова рассматривала, увеличив фотографию из Тиндера. Затем я прослеживаю линии подбородка и скул. Только сейчас замечаю, что он обросший и в изрядно несвежей одежде. Был за городом, как и писал. Что ж, пока он ни разу не солгал мне. Разглядываю его как завороженная. Словно мужчин до этого момента не встречала. Наверное, все еще нахожусь в стрессе. Он берет мою руку, что сжимает сигарету, и я вздрагиваю.