Максим тогда реально походил на ботана и зубрилу, не то что сейчас. Наглаженная рубашка, очки и тяжеленный рюкзак с разными книгами, бо́льшая часть которых в школе не нужна, но он их таскал для общего развития и даже успевал что-то читать на перемене. Не понимаю, как мы находили общие темы для разговоров.
Некоторых уже тогда интересовало, почему Рома ко мне цепляется, но я только отмахивалась и говорила, что он просто дурак.
На одном из собраний активистов я заметила парня. Он словно из книги вышел. Высокий блондин с голубыми глазами, так еще и участник команды по волейболу. Втрескалась я по уши. Я тогда, кажется, столько о нем болтала… Макс и Катя скоро начали закатывать глаза, как только я вспоминала о Викторе.
Школьные матчи стали моим любимым времяпрепровождением. Я ходила на тренировки и матчи несколько недель, и на одном из них случилось чудо. На выходе из зала кто-то меня толкнул, но не успела я испугаться, как почувствовала, что меня держат чьи-то сильные руки.
– Ты как?
Я открыла глаза и увидела Виктора. Однако, если бы я знала, чем это все закончится, то предпочла бы тогда упасть и сломать нос. Так мы познакомились, а через месяц начали встречаться.
Моему счастью тогда не было предела. Мы с Витей часто обедали вместе, вместе ждали моих родителей, забиравших меня из школы, либо он провожал меня до остановки, гуляли на выходных. Я сразу же познакомила его со своей семьей, и все приняли его. Единственный человек, которому Витя был противен, – это Вероника, но тогда я не обратила на это внимания.
Шел месяц за месяцем. Я была влюблена и постоянно пребывала в эйфории. Даже Рома отстал от меня, видимо, понял, что может нарваться на неприятности.
Максим был немного в шоке, когда я рассказала про свои отношения, но возражать не стал. Катя искренне порадовалась за меня, а потом выманила все подробности.
Мы отпраздновали полгода отношений. Поехали на природу с моими родителями – воспоминания, которые сейчас уже не кажутся такими прекрасными.
На восьмой месяц отношений Рома после долгого затишья снова начал доставать, я несколько раз говорила об этом Вите, но никакой реакции не добилась. Я не могла понять, почему Рома снова решил меня задевать, ведь все эти восемь месяцев держал себя в руках.
Тогда я решила попросту забить, для меня важнее было то, что у нас с Виктором все хорошо, – точнее, мне так казалось.
– Он не такой прекрасный, как тебе кажется! – в одной из наших словесных перепалок выкрикнул Рома.
– Не смей его трогать и приплетать сюда!
– Я ведь хочу тебе пом…
– Замолчи! Просто замолчи и хватит меня доставать! – отрезала я и ушла.
А потом случилось то, что я предпочла бы не вспоминать. То, что заставило закрыться в себе и перестать доверять людям.
Мне семнадцать.






