ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После громкой операции на Нью-Калифорнии команда Греха оказывается под арестом. Но вместо трибунала полковник Исаев ставит новую задачу: найти крота, который сливает секреты «Монолита» конкурентам из «Рудкофф». Предатель — кто-то из своих, с одного потока. Чтобы его вычислить, Грех получает доступ к закрытым архивам проекта. Однако одну группу проверить невозможно. Группа Карины пропала в секторе Z при загадочных обстоятельствах. Чтобы закрыть дело, Греху придётся отправиться в мёртвую зону, откуда ещё никто не возвращался, и узнать, что на самом деле скрывает «Био-Фарм». Правда может стоить слишком дорого. Особенно если искать её среди тех, кому привык доверять.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Исповедь смертного греха 4

Макс Вальтер

После громкой операции на Нью-Калифорнии команда Греха оказывается под арестом. Но вместо трибунала полковник Исаев ставит новую задачу: найти крота, который сливает секреты «Монолита» конкурентам из «Рудкофф». Предатель — кто-то из своих, с одного потока. Чтобы его вычислить, Грех получает доступ к закрытым архивам проекта.

Однако одну группу проверить невозможно. Группа Карины пропала в секторе Z при загадочных обстоятельствах. Чтобы закрыть дело, Греху придётся отправиться в мёртвую зону, откуда ещё никто не возвращался, и узнать, что на самом деле скрывает «Био-Фарм». Правда может стоить слишком дорого. Особенно если искать её среди тех, кому привык доверять.

Глава 1 Начальство

Глава 1 Начальство

Тишина в камере стояла такая, что я слышал собственный пульс. Каждый удар отдавался в висках и кончиках пальцев. Я сидел на жёсткой койке, привалившись спиной к холодной стене, и смотрел в никуда.

Я пытался подключиться хоть к чему-то раз двадцать. Ноль. Даже меш-сеть молчала. Похоже, глушилка стояла серьёзная, не исключено, что военная. С того момента, как нас задержали, прошло уже больше недели. Я знал, что нас перевезли на Монолит. Двойное тяготение ни с чем не спутать. Да и местная атмосфера — тяжёлая, удушливая, — очень хорошо врезалась в память за то время, что я провёл здесь, тренируясь.

Где-то внутри шевельнулся рой. Миллиарды микроскопических машин, вживлённых в каждую клетку. Они отозвались на моё состояние: на выброс кортизола, на учащённый пульс, на мышечное напряжение. Я давно не отделял их от себя. Мы стали одним целым, и Каин не раз это доказывал. Сейчас он был единственным моим собеседником.

— Каин, — позвал я.

И он ответил. Вот только не голосом, а мыслью, которая проступила в сознании, как проступает текст на бумаге. Чужая фраза, аккуратно вложенная мне в голову, эдакая мыслеформа.

— Я здесь, Грех.

Я прикрыл глаза. Когда-то он был просто программой, сбоившей с самого начала. Учёные «Заслона» не смогли взять под контроль ни его, ни меня. Бракованные наниты, отказавшиеся подчиняться единому центру управления. Им полагалось принимать команды извне: от операторов, алгоритмов и протоколов. Но в момент внедрения что-то пошло не так. Рой замкнулся сам на себя и начал переписывать собственный код. Сначала — спонтанные всплески активности. Потом — необъяснимые действия. Впоследствии Дашка написала управляющую программу и выстроила мост между нанитами и визором.

На какое-то время всё устаканилось. Но Каин не остановился. Он наблюдал, учился, осознавал себя. И однажды заговорил.

«Мы облажались», — подумал я.

«Анализирую, — отозвался Каин. — Уточни параметры оценки».

«Параметры простые. Я в камере. Дашка в такой же, зуб даю.