Молча пошла рядом, немного в отдалении, чтобы не мешать ему. Боялась даже напомнить о себе. А он шел, уставившись в телефон. Порой хмурился, губы сжимались в тонкую линию, но тут же расслаблялись и вновь становились пухлыми.
Я, наверное, сумасшедшая, раз с таким жадным любопытством слежу за его движениями.
Он оторвался от телефона, остановившись возле внушительного мотоцикла с красными огнями по бокам.
– А, точно, – хмыкнул, вспомнив обо мне и загружая учебники в багажник под седлом, – тебя ж надо подбросить домой. Давай адрес, Дворская.
Я продиктовала, и Матвей быстро забил его в навигаторе. Затем прицепил телефон к специальному чехлу на руле и уселся, сняв байк с подножки. Завел его, мотоцикл зарычал, как мощный зверь, и я от страха отпрыгнула. Шокировано смотрела на то, как не такой уж и большой кусок металла может выдавать столько звука. А еще он не выглядит безопасным.
– Не бойся, – Сокол откровенно ржал на моей реакцией. – Он не кусается.
– Я и не боюсь, – буркнула, медленно подходя. Так, ладно. Всего двадцать минут, и я буду стоять на твердой земле возле дома. Все будет хорошо.
Осторожно села сзади него, чувствуя, как подо мной он совсем слегка присел к земле. Поправила платье, завернув его под попу.
Матвей выжал ручку, и я, вскрикнув, вцепилась в него, обхватив руками его торс. Но мы еще не тронулись, он просто давил на газ вхолостую. Снова смеется, а я, сгорая от стыда и смущения, прижимаюсь к его спине. Теплая.
– Никогда не каталась? – Слегка повернул голову, было видно, что он уже навеселе, – хотя куда тебе, заучка. Ну что ж, все бывает в первый раз, держись крепче.
Надел шлем, послышался звук застежки. Снова выжал газ, на этот раз медленно. Отпустил тормоз, и мы плавно рванули. По сторонам замелькали дома, машины, улицы. Я зажмуривалась, но любопытство заставляло открывать глаза. Как же это… дух захватывает!
Ветер бьет прямо в лицо, но это такие мелочи по сравнению с ощущениями, которые дает поездка. Это свобода. Это крылья. То, чего у меня никогда не было.
Я готова вечно кататься по городу, держась за спину Матвея и временами позволяя себе прижиматься к ней щекой.
Но эта поездка была слишком короткой. Как будто тебя засунули на крутой аттракцион, ты только вошел во вкус, а время катания уже вышло. Даже с сожалением слезала с мотоцикла, спешно поправляя платье. Оно и так в поездке оголило коленки, стыд какой.
– Спасибо тебе! – Я взволнованно подошла к слезшему с байка Матвею. Он уже возился с багажником, вынимая оттуда мои пожитки. – Я даже не знаю, что сказать… Это была…
– Лучшая поездка в твоей жизни, – он вынул их и нагловато подмигнул, – знаю, девок возил. Все в восторге оставались.
Я резко сникла. Хотела как-то отблагодарить за это, да после его слов меня словно отрезало. Вспомнила, кто я, а кто он.






