– Потому что у старой версии нас, скорее всего, остались все наши старые болячки, – просто сказала она. – И черт с ней, с моей рукой, но я не хочу, чтобы у тебя снова была эта опухоль. Татуировку, если уж так хочешь, можешь сделать заново, но опухоль – я не хочу.
Войтех посмотрел на нее удивленно, как будто в его голове что-то не сходилось.
– Но ведь тогда у меня не будет и экстрасенсорных способностей, – напомнил он.
– Да и черт с ними! – с жаром воскликнула Саша. – Зато ты будешь здоров, и каждый раз, когда ты уезжаешь куда-то без меня, я не буду мысленно с тобой прощаться. Ты что же, не понимаешь, что очередная смертельная опасность может поджидать где угодно? Тем более с такой работой, как наша. Еще раз приблизишься к краю – и все, можешь уже не вернуться. Долгов ведь предупреждал тебя!
Войтех осторожно выпустил ее руку и чуть выпрямился.
– Вижу, он обсуждал это и с тобой, – чуть прохладнее заметил он.
– Я обещала не быть рядом с тобой врачом, но это не значит, что я за тебя не волнуюсь и не хочу быть в курсе происходящего. Войта, – Саша нежно улыбнулась и сама взяла его за руку, – я просто хочу, чтобы ты был здоров. И чтобы мы прожили с тобой долгую и счастливую жизнь.
– Долгую, счастливую и скучную? – не сдержался он.
– Кто тебе сказал, что она непременно будет скучной? Ведь ни у Сидоровых, ни у меня, ни у Долгова с Дементьевым нет никаких экстрасенсорных или магических способностей, но мы работаем на этой работе, и нам вовсе не скучно. Так почему ты думаешь, что ты заскучаешь?
– Я боюсь, что заскучаешь ты. Ты влюбилась в меня уже в экстрасенса. Ты не знаешь меня другого. Что, если я обычный тебе не понравлюсь?
Саша долго и внимательно разглядывала его лицо, а затем рассмеялась.
– Дурак ты, Дворжак. Ты уже однажды пытался напугать меня тем, что, узнав тебя в обычной жизни, я разочаруюсь. Но я не разочаровалась. Так почему ты думаешь, что я непременно разочаруюсь теперь? Я же не за экстрасенсорные способности тебя люблю.
– А за что?
– За слабости, это же очевидно. – Она наклонилась к нему и коснулась его губ в легком поцелуе. – Охотник за привидениями ты, конечно, знатный, но я люблю в тебе обычного человека. Того, который выглядит небритым и лохматым по утрам, порой смешно сопит по ночам, педантично раскладывает вещи по местам и иногда даже болеет. Который не всегда знает, как поступить, и иногда ошибается. Не героя, способного спасти мир, жертвуя собой, а того, кто может признать, что не все в этом мире в его власти.
Войтех наконец улыбнулся в ответ, свободной рукой коснулся ее щеки, чуть погладив, а затем скользнул ладонью на затылок, чтобы притянуть к себе для более длительного поцелуя.






