ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герои повести «Небо падших» – бизнесмен и его секретарша, со всеми вытекающими из этого последствиями. Их отношения – от банальной связи к трагической любви – описаны с психологической точностью, неповторимым чувством юмора и утонченной эротической дерзостью… Рецензия из журнала «Собеседник»: ... Юрий Поляков – автор широко известных произведений «Сто дней до приказа», «ЧП районного масштаба», «Апофегей», «Козленок в молоке». «Небо падших» – новая повесть писателя. Она недавно закончена, еще нигде не публиковалась, но о ней уже заговорили. На вопросы нашего корреспондента отвечает автор. – Юрий Михайлович, а почему вдруг о «новых русских»? Вроде не ваш материал... – Все, что происходит сегодня в России, – мой материал. О новом классе, возникшем за последние годы, написано много. Но это в основном крутые детективы, где есть энергичные персонажи, но почти нет живых людей. Мне же интересна прежде всего не внешняя атрибутика – дорогой костюм, длинноногая секретарша, роскошный джип, – а то, что внутри, в душе у тех, кого принято называть «новыми русскими». Что внутри у человека, который за несколько лет из нищего младшего научного сотрудника превратился в миллиардера? Что внутри у неглупого человека, ведущего свой бизнес между Сциллой недоношенного постсоветского закона и Харибдой крутой уголовщины? Что внутри у человека, который на свои деньги может купить гарем, но любви, как это ни банально, купить все равно не может? Я считаю, хватит «новым русским» быть героями развлекательного чтива. Они достаточно интересное явление для серьезной литературы. – А как определить жанр вашей новой повести? – Сложно. Скорее всего это история любви с элементами детектива и политической сатиры. Вещь во многом документальная, и кое-кто из сильных мира сего себя в ней узнает... – Не боитесь? – Властей бояться – в литературу не ходить. А тем, кого заинтересует фрагмент, эксклюзивно публикуемый «Собеседникам», сообщаю, что полностью повесть выйдет в свет в издательстве «ОЛМАПРЕСС», недавно выпустившем и собрание моих сочинений в трех томах.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Погодите, может быть, мне ваш сюжет еще и не понравится…

– Опять привередничаете!

– Но ведь и вы заключаете не каждую сделку из тех, что вам предлагают, – возразил я.

– Ленивы, но изворотливы. Давайте лучше выпьем!

– За что?

– Теперь ваш тост.

– Тогда – за ту часть мозга, которая не может одновременно заниматься бизнесом и творчеством!

– И любовью! – добавил Павел Николаевич.

– А ваш сюжет про любовь?

– Конечно! А про что же еще?!

Он засмеялся, и на его щеках снова возникли ямочки.

2. ГАВРОШ КАПИТАЛИЗМА

2. ГАВРОШ КАПИТАЛИЗМА

– Ну, не знаю. – Я невольно улыбнулся в ответ.– Может, про первичное накопление!

– Об этом тоже можно целую книгу написать! Эпопею о гаврошах русского капитализма… О тех, кто был ничем, а стал всем!

Павел Николаевич полуприлег на диван, явно устраиваясь для обстоятельного повествования. Я подложил под спину подушку и приготовился слушать. Перестук колес напомнил мне вдруг стрекот оставленной дома пишущей машинки.

– А у вас бывает так, словно вы смотрите на себя со стороны, как на актера, играющего роль? – спросил он.

– Бывает… У психологов есть даже какой-то специальный термин для этого ощущения…

– Во-от! Вы знаете, мне долгое время казалось, что я просто играю главную роль в мыльной опере про богатых, которые плачут, смеются, жрут, трахаются и занимаются прочей жизненно важной чепухой. Мне казалось, вот сейчас закончится очередная сцена, вырубятся «юпитеры» – и костюмер заберет у меня тысячедолларовый смокинг, а бутафор отгонит в студийный гараж мой «джип». Я переоденусь в потертые джинсы, свитерок и курточку из дубеющего на морозе кожзаменителя, сяду в синий троллейбус, подберу с затоптанного пола более-менее свежий билетик (чтобы в случае чего отовраться от контролера) и поеду в институтскую общагу. Там какая-нибудь старшекурсница, уже успевшая сходить замуж, родить, развестись и отправить ребенка к маме в родной Гадюкинск, нальет мне водчонки, накормит яичницей с крупно нарезанной колбасой, а затем, если соседки ушли, мы поскрипим немного на узкой казенной кровати: я буду терпеливо гоняться за оргазмом по закоулкам своего безотзывного после алкоголя тела, а она – страстно шептать в мое ухо: «Только не в меня! Только не в меня!!»

Женщины моей юности делились на вменяемых и невменяемых.

А вечером, натолкав в сумку учебники и конспекты, я побегу на Ходынку – сторожить авиационный музей под открытым небом. «А что там сторожить?» – спросите вы. Понятное дело, первый сверхзвуковой истребитель на себе не утащишь и даже отвинчивать нечего – все, что можно, уже открутили. Главная задача – не допустить превращения вертолетных кабин в сортиры, потому что стремление нагадить в любом плохо освещенном замкнутом пространстве – видовая особенность человека разумного.