— Забот много, и видит он несоизмеримо больше нас, людей торговых.
На этом гости решили, что с банком им все понятно, и Афонин озвучил гораздо более ценную для него и его единоверцев проблему:
— Мы площадку под храм присмотрели…
Вежливая пауза позволила мне покивать:
— Дело богоугодное. Николай Иванович указ о свободе исповедания православия старого толка в рамках города Владивостока и тридцати верст окрест вчерашним вечером подписал, через пару часов всем объявят. Прошение о выделении земли под храм можете подать в общепринятом порядке.
Привычно, но от этого не менее неожиданно, мужики рухнули на колени. Регулярно наблюдаю такие сцены, но все равно чудно́ — только что сидели, культурно завтракали, и раз — за столом только мы с губернатором и остались.
Карета несла нас к границе. В эти времена она там же, где и в мои — совсем рядом с Владивостоком. Очень приятно это дело исправить на самом деле — часть я готов потом, когда Китай поднимется — а он неизбежно поднимется, сколько не дави — уступить за починку дипломатических и прочих отношений, но граница от родного города отодвинется навсегда, а еще навсегда останутся территории, по которым в будущем пройдет железная дорога. Прирезал землицы — уже, считай, свое «попадание» окупил. Теперь осталось освоить, привести к общему Имперскому знаменателю и удержать.
За окном, с безоблачного неба светило подбирающееся к полудню солнце. Пыльный воздух был наполнен конским ржанием, скрипел колесами телег, доносил обрывки разносящихся над обозом команд. Не так уж нас и много — сотня наших (остальные уже на месте или недалеко от него) и японская тысяча, вызвавшая у наших офицеров задумчивое покачивание усами, потому что вымуштрованы на совесть. Вооружение ничего так — магазинная винтовка «Мурата» тип 22 — самая «свежая», и десяток 75-ти миллиметровых орудий от херра Круппа.
С боевыми японцами прибыли японские инженерные и тыловые войска, и неожиданный, но вполне логичный японский принц Арисугава. Ну а как ему дома сидеть? Тут же так интересно, тут есть я — со мной говорить очень полезно — а еще лишней воинской славы не бывает. Японцы чисто номинальное участие в операции внутренней пропагандой раздуют до эпичнейшей победы над ненавистными китайцами, а самого принца будут носить на руках много лет. Я не против — русско-японские отношения нужно выстраивать и крепить десятилетиями, так что пусть пообщается с нашими «ВИПами».
Во время поездки от порта, где мы гостеприимно — хлебом-солью — встретили японских партнеров, я успел обменяться с Арисугавой новостями.
— С нами прибыли заказанные вами открытки, Романов-доно, — порадовал он новостью.






