Он срывает с себя рубашку, обнажая мощные мускулы на груди, плечах и бицепсах. Темные волосы на его груди возбуждают меня, как и его татуировки, и даже царапины и порез, оставшиеся после нашего пребывания в лесу. Свидетельство того, что этот мужчина сделал ради моего спасения, рискуя своей жизнью.
Он расстегивает джинсы и спускает их с бедер, обнажая свой тяжелый крупный член, который с готовностью выскакивает, жаждущий моего тепла и влаги.
Данте берет его за основание, направляет к моему влагалищу и входит в меня одним резким движением.
Я такая мокрая, что член без труда скользит внутрь на всю длину. Мы прижимаемся друг к другу, лицом к лицу. Данте опирается на свои мощные руки, вдавливая меня в кровать. Сжимая ягодицы, он входит в меня снова и снова.
Обхватив его ногами и скрестив лодыжки, я с каждым движением трусь об него своим клитором. Он набух и стал таким чувствительным, что каждый толчок окутывает меня волной наслаждения.
– Кончи в меня, – молю я снова. – Я хочу забеременеть.
Данте сжимает меня в объятиях и трахает еще сильнее, заводясь от моей просьбы.
– Ты хочешь от меня ребенка? – рычит он мне в ухо. – Хочешь забеременеть от меня?
– Да, – издаю я стон.
Большего не требуется. Моя жажда его семени заставляет Данте кончить. Я чувствую, как пульсирует его член, когда он выстреливает сперму струйку за струйкой, глубоко в мою киску, у самого входа в шейку матки.
Подергивания его члена и ощущение густой, горячей спермы тоже доводят меня до оргазма. Моя киска пульсирует вокруг него, сжимаясь и разжимаясь, втягивая его сперму глубже, до самого моего лона.
Данте целует меня крепко, неистово, эротично.
Я целую его в ответ, уверенная, что его семя закрепится.
У нас будет еще один ребенок. На этот раз осознанно.
И Данте будет рядом на каждом этапе.
Данте
Данте
Как только Рейлану становится лучше, мы возвращаемся в Чикаго.
Я еду прямиком в особняк Гриффинов на озере, желая поговорить с Кэлламом и моей сестрой и рассказать им, что Дюпон погиб и им не нужно больше волноваться за свою жизнь.
Но когда я приезжаю, то застаю на кухне лишь Риону. Она выглядит напряженно, словно ожидает чего-то. При нашем появлении девушка подскакивает.
– Вот и вы! – облегченно восклицает она.
– Где все? – спрашиваю я.
– В роддоме. Аида рожает.
– Ох. – На меня обрушивается волна облегчения, а следом я чувствую волнение. – Она в порядке? Не слишком рано?
Я беспокоюсь, не начались ли роды преждевременно из-за стресса.
– Все хорошо, – уверяет меня девушка. – У нее полный срок. Кэллам пишет мне новости. Ребенок может родиться с минуты на минуту.
Риона открывает портфель, стоящий на столе у кухонного уголка, и достает оттуда жесткий диск Кенвуда.
– Неро оставил его тебе. Он сказал, цитирую: «Ты не поверишь, какое здесь дерьмо».






