ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Я росла в богатой семье, словно в золотой клетке, и быстро осознала, что главное – быть покорной. ... Когда я сидела на заднем сиденье лимузина, собираясь с духом перед очередным утомительным светским раутом, на место водителя забрался неизвестный юноша. Ему нужна была машина, и он украл ее со мной в придачу. Данте Галло выглядит как дикий зверь и ведет себя так же… Мы из разных миров, но наше влечение непреодолимо. Я бы рискнула ради этого парня всем, но одна чудовищная ночь, похоже, готова навсегда разрушить то, что было между нами. Забыть Данте невозможно, а судьба, словно насмехаясь, сталкивает нас снова… Но если он узнает о моем секрете, то не простит никогда. Смогу ли я сберечь его израненное сердце?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эта киска словно крохотный цветок. Половые губы – это лепестки, а секрет – это нектар, скрытый между ними. Я провожу пальцами между складок и обвожу клитор подушечкой большого пальца. Дыхание девушки учащается. Симона выгибает спину, пытаясь прижаться к моей руке, но я придавливаю ее обратно к матрасу.

Ее глаза закрыты, а рот приоткрыт.

Медленно, очень медленно я ввожу в нее указательный палец.

Девушка закусывает губу, словно даже этот палец слишком большой для нее. Симона определенно девственница. Я не смог бы вообще вставить свой палец, если бы она не была такой мокрой.

Я вынимаю указательный палец и вместо этого ввожу средний, который чуть толще. Симона вновь выдыхает. Я чувствую, как ее вагина сжимается вокруг моего пальца. Я чувствую сопротивление там, где девушки еще никогда не касались.

Не вынимая палец, я вновь начинаю ласкать ее клитор. Симона утыкается лицом мне в шею, ее глаза закрыты, а губы прижимаются к моей коже.

Я усиливаю ласки, скользя пальцем внутри нее.

Симона стонет так же, как и ее кошечка из шкафа, – жалко и отчаянно. Ее руки все еще сведены над головой. Девушка может лишь двигать бедрами, все крепче сжимая мой палец.

Я чувствую, как внутри нее зреет оргазм. Я вижу, как румянец заливает ее кожу. Слышу, как она задыхается, уткнувшись мне в шею. Я замечаю, как ее ноги начинают дрожать.

Когда Симона начинает кончать, она сильно кусает меня за плечо – острые зубы почти прокусывают кожу. Девушка испускает крик, который не способно заглушить даже мое плечо.

Ее киска крепко сжимается вокруг моего пальца. Он такой мокрый, словно я окунул ладонь в масло. Лишь поэтому я до сих пор могу скользить им внутри девушки. Теперь дрожат не только ее ноги, но и все тело.

Наконец с долгим выдохом Симона расслабляется. Я снова целую ее, чувствуя вкус феромонов в ее дыхании.

В эту секунду кто-то стучится к ней в дверь.

– Симона? – зовет женский голос.

Я вскакиваю с кровати.

Прежде чем девушка успевает ответить: «Минутку!», я уже выхожу через двойные двери, перелезаю через перила балкона и спрыгиваю.

Я бегу по территории поместья, ощущая Симону на своих руках, на своих губах и на своей коже.

Симона

Симона

У меня большие неприятности.

Когда я впервые поцеловала Данте, это был сиюминутный порыв в конце безумного приключения, который, как я думала, останется шипучим пузырьком и, лопнув, исчезнет без следа.

Разумеется, я думала о парне после. Честно говоря, я думала о нем постоянно. Но я не ожидала, что когда-нибудь увижу его снова.

А затем он вломился в мою комнату, и все изменилось.

Моя вселенная перевернулась. Данте стал новой реальностью. А все остальное – таким же хрупким и невесомым, как тот пузырек на ветру.

Он поглотил меня целиком и полностью.

Я лежу в постели без сна, всю ночь напролет размышляя о парне.