ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Иметь кровную связь с главой Королевских Гончих считается благословением, но для Темпест это проклятие, из-за которого она остается сиротой без гроша в кармане. Девушку отдают на попечение убийцам и воинам, призванным защищать королевство. ... Движимая гневом и клятвой отомстить за смерть своей матери, Темпест усиленно тренируется. Но стать первой девушкой-Гончей недостаточно. Теперь она должна заполучить сердце самого страшного врага королевства – Шута смертоносного оборотня, спрятавшегося в месте, окутанном мифами и тьмой. Месть никогда не достается легко, но Темпест готова пожертвовать всем, чтобы справедливость восторжествовала. Даже собственной душой или свободой… «Гончая» – ретеллинг «Белоснежки и Охотника», написанный в жанре эпического фэнтези. Это настоящее приключение, от которого невозможно оторваться. История Темпест о сердечной боли, мести и гордости увлекла меня с первой страницы», – Сильвия Мерседес, автор бестселлера «Хроники Венатрикс».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она замедлила шаг, когда он взбежал по ступенькам и открыл входную дверь.

Девушка остановилась у основания лестницы, не желая ступать дальше.

– Поднимайся, или я понесу тебя, – тихо пригрозил он.

Губы Тэмпест от его угрозы сжались, но она стала подниматься по лестнице и вошла внутрь первой. Остановившись посреди темной кухни, она больше не двинулась с места. Льющийся сквозь окна лунный свет освещал стол и плиту. Девушка потерла руки, чтобы хоть как-то отогнать мрачное предчувствие. Он зажег несколько фонарей, осветив комнату и немного рассеяв ее чувство меланхолии.

– Присаживайся, Тэмпа, – мягко сказал Пайр, указывая на крупный деревянный стол, окруженный несколькими похожими стульями.

Осторожно присев на стул, она безучастно наблюдала за тем, как он повесил свой плащ на крючок на стене, тяжело вздохнул и затем на несколько минут вышел из кухни. Тэмпест оглянулась на дверь. Она хотела уйти, но глупее поступка сейчас и не придумаешь. Даже с украденным фонарем она не смогла бы самостоятельно найти свой отделенный от всех домик.

Пайр вернулся в комнату и отряхнул перепачканные сажей руки, избавляясь от пепла.

– Я разжег камин в гостевой спальне, чтобы она успела нагреться для тебя. Приготовлю тебе что-нибудь поесть.

– Я не голодна.

– Прекрати, – ответил он, приступая к работе: стал нарезать овощи и поставил воду кипятиться.

Полчаса спустя он вручил Тэмпест тарелку супа и буханку хлеба в форме тюльпана, в котором она узнала работу Рины. По личному опыту она знала, что и то, и другое на вкус просто восхитительно, но ей и кусочек в горло не лез.

Она покачала головой и отодвинула тарелку.

– Я не… я не могу. Меня стошнит. Думаю, меня сейчас стошнит.

Пайр присел рядом. Он нежно убрал несколько выбившихся прядей волос с ее лица, и она не отстранилась. Приятно, когда тебя утешают.

– Тэмпа, – сказал он очень тихо, – ты в шоке. Ты должна была увидеть своими собственными глазами, что всей твоей правды на самом деле не существует. Тысама должна была начать задавать вопросы. Ты не можешь больше закрывать глаза на то, что происходит.

Тэмпест едва слышала его. В ушах звенело. Она подумала, что, если откроет рот, чтобы что-то ответить, ее действительно стошнит. Хотя отвечать и не нужно было, потому что Пайр продолжал:

– Не могу обещать, что теперь тебе станет легче, – сказал он, все это время поглаживая волосы Тэмпест, хотя они больше не падали ей на глаза. – На самом деле, скорее всего, станет намного, намного сложнее. Но по крайней мере, ты знаешь правду. Ты же всегда во всем ищешь правду, так? Я понял это с момента нашей первой встречи. Ложь тебя никогда не устраивает, даже если ее гораздо легче принять, чем правду. Даже когда она кажется безопаснее. Так присоединяйся к нам, Тэмпест.