ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Иметь кровную связь с главой Королевских Гончих считается благословением, но для Темпест это проклятие, из-за которого она остается сиротой без гроша в кармане. Девушку отдают на попечение убийцам и воинам, призванным защищать королевство. ... Движимая гневом и клятвой отомстить за смерть своей матери, Темпест усиленно тренируется. Но стать первой девушкой-Гончей недостаточно. Теперь она должна заполучить сердце самого страшного врага королевства – Шута смертоносного оборотня, спрятавшегося в месте, окутанном мифами и тьмой. Месть никогда не достается легко, но Темпест готова пожертвовать всем, чтобы справедливость восторжествовала. Даже собственной душой или свободой… «Гончая» – ретеллинг «Белоснежки и Охотника», написанный в жанре эпического фэнтези. Это настоящее приключение, от которого невозможно оторваться. История Темпест о сердечной боли, мести и гордости увлекла меня с первой страницы», – Сильвия Мерседес, автор бестселлера «Хроники Венатрикс».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Янтарные глаза, казалось, мерцали, и он напоминал самого дьявола. Напряженные губы сложились в жестокую улыбку.

– Думала, так легко будет сбежать от меня? Убить Шута?

Его голос звучал мягко и обольстительно. Голос человека, привыкшего, что его слову повинуются и никогда не бросают вызов.

– Нет, – согласилась она, сжимая пальцами спрятанный клинок. Тэмпест вытащила из кармана тонкое лезвие в шесть дюймов, не открывая оружие. – Но я всегда улавливала на лету.

Тэмпест сильно замахнулась, шагнув вперед всем телом, тем самым усиливая удар. Пайр поймал ее запястье, отведя в сторону так, что лезвие только задело ребра, а не прошло между ними. Он оттолкнул девушку и посмотрел на пальцы, покрытые кровью.

Она отпрянула, оказавшись вне зоны его досягаемости, и посмотрела на дверь. Так близко и в то же время так далеко. Тэмпест снова перевела взгляд на кицунэ, который смотрел на нее сквозь челку волос винного цвета. Его глаза словно горели обещанием мести. Тэмпест еще крепче сжала окровавленный клинок. Создавалось впечатление, что она наблюдает за совсем другим человеком.

Шут резко втянул носом воздух и разгладил складки на рубашке, будто собирался выпить чаю с каким-нибудь лордом.

– Крайне неразумно, милая.

Она сделала шаг назад, сменив позу, и замахнулась клинком на лиса, в то время как он двинулся на нее. Он двигался так быстро, что она едва успевала следить за ним. Ее руку перехватили, и его большой палец вдавился в нерв, ведущий к ее большому пальцу.

– Черт бы тебя побрал, – выругалась она, когда нож выпал из бесполезной руки.

Кицунэ завел ее руку за спину и развернулся, прижимая ее лицом к стене. Гончая зашипела, чувствуя, как грубое дерево впивается в щеку, но это было наименьшей из ее забот.

Тэмпест знала сотни способов убить человека, но ни один из них не сработал бы, если она так и останется в таком положении.

Пайр прислонился к ней, возвышаясь из-за своего огромного роста. Он толкнул девушку, ударив по лопаткам, и завел ее руку еще дальше за спину. Тэмпест стало плохо, но она сумела сдержать крик. Лис ждал, что она будет сопротивляться, но от этого станет лишь хуже. Тэмпест расслабилась, облокотившись об него. Прикосновение смягчило боль. Из-за столь многих полученных травм, к боли она относилась как к старому другу. С физической болью можно бороться, а вот со смертью – нет.

Крепкое тело Шута вжалось в нее, одно колено уперлось ей в ногу. Никуда не сбежать, она попала в ловушку. Но у нее был припасен еще один трюк. Обломок табурета, спрятанный в корсете.

Она пошевелила правой рукой, прижатой к груди. Несколько маневров, и ей удастся дотянуться до него. Оборотень провел ладонью по ее левой руке.

– Больше никаких клинков? Я даже немного разочарован, – коротко и с удивлением усмехнулся он.