Тэмпест почувствовала облегчение, когда закрыла дверь и окинула взглядом пустые кровати и потрескивающий камин в дальней стене. По крайней мере никто не будет допрашивать во время сбора вещей.
Казалось, кулак сжался вокруг ее сердца. Как она должна была рассказать об этом своим дядюшкам? Конечно, они гордились ею за успешно пройденное Испытание, но что касается задания… В ее планы входила всего-навсего разведка, но король приказал ей принести ему сердце Шута.
Расплетенные волосы встали дыбом у нее на затылке. Тэмпест была уверена в своих навыках, однако другие Гончие тоже пытались и в итоге погибли. Девушка сглотнула. Она боялась вовсе не смерти. Смерть была частью жизни. Особый вид пыток, предназначенный в основном для женщин, который приводил ее в ужас. Дядюшки хорошо ее обучили, но они также вбили ей в голову, что онавсегда будет мишенью для опасных мужчин.
И Шут был самым опасным из всех. Когда он не убивал и не продавал оружие, он торговал ядами, эликсирами и женщинами.
Теперь еще и восстание.
Что им двигало? Губы скривились, когда девушка сбросила свои натирающие туфли и пошевелила больными пальцами, поставив их на каменный пол. Деньги, без сомнения. Война была прибыльной для тех, кто продавал оружие.
Оттолкнувшись от двери, она прошествовала к своей кровати. Шут был просто человеком. Человеком, который мог истекать кровью, как и любой другой. Она тихо усмехнулась, когда рывком открыла сундук с одеждой. Тэмпест наклонилась вперед и провела рукой по луку своей матери, спрятанному среди одежды. Он даже не заметит ее приближения.
Если повезет.
Не снимая платье, девушка в спешке собирала вещи, побросав все необходимое на кровать. Фыркнув, она подвязала платье на бедре, чтобы не споткнуться о подол. Хотя Тэмпест очень сильно хотелось сорвать эту штуковину с тела, она была слишком напряжена и, честно говоря, понятия не имела,как самостоятельно расшнуровать загубленный лиф.
– Отвратительное платье, – пробормотала она себе под нос, с осторожностью складывая одежду аккуратными квадратиками.
Тэмпест оглядела оружие, одежду и рюкзак. Ни за что на свете это все не сможет поместиться в выцветшей кожаной сумке. Взгляд серых глаз блуждал по прекрасной форме Гончей, лежащей на кровати. Не в силах удержаться, она провела рукой по мягкой коже и коснулась твердого корсета, покрытого замысловатой металлической сеткой, а затем темно-синего плаща. Изумительно, но слишком ярко для задания. Расстроившись, она заново упаковала большую часть своей формы, оставив только затейливый корсет и кожаные брюки.
Нужна была как можно более простая и неприглядная одежда. Большинство женщин не носили брюк, поэтому ей пришлось взять юбку.






