Но туда редко удавалось поступить. Обыкновенно там было переполнено рабочими, и работали они задаром. На мельницах тоже ничего не было. Оставалось „пытать счастья“ в „городе“ (так безыменно звался Екатеринбург)» [67] . Однако, по воспоминаниям Павла Петровича, его отцом, видимо, дорожили за работоспособность и ряд ценных навыков по пудлингово-сварочному цеху. Его лишь «выдерживали» и «проветривали» (проще сказать, временно отстраняли от работы). Отец и мать горячо любили единственного сына, старались, чтобы детство его было более радостным, чем у них. Пашина бабушка Авдотья Петровна даже звала Петра Васильевича «потако́вщиком» – потакает, дескать, ребёнку. Сыну Пётр Васильевич, конечно, как каждый родитель, желал лучшей доли. Однако все мы знаем, что одного желания порой недостаточно, нужно проявлять решительность! Пётр Васильевич её и проявил. По совету директора земской школы в Сысерти Александра Машукова и его екатеринбургского приятеля Николая Смородинцева (который впоследствии на долгие годы станет Павлу Бажову настоящим другом) он, вопреки мнению своей матери, отправил отпрыска на учёбу в далёкий Екатеринбург, что, конечно, стало отправной точкой взлёта будущего литератора. «– Ты, Егорша (в семейном кругу сына Павла называли Егоршей. – А. Ф. ), в городе-то с оглядкой действуй. На городской штиль живут. Вроде постоялого двора тут у них. Без спросу полешко построгаться не возьмёшь. Разговор может выйти. Ты и остерегайся, – и после этого утешил: – По снегу-то мать либо оба приедем… Дальше оставалось позавидовать Чалку (конь в хозяйстве Бажевых. – А. Ф. ), который с заметным оживлением направился домой» [68] . К концу жизни Пётр Васильевич много болел. Отказывала печень. В цехе работать уже не мог, но был принят «рухлядным припасным». Пётр Бажев скончался в 1898 году, прожив всего 40 лет. «Сентябрь 1899 года и считаю началом своего трудового стажа, – пишет Павел Бажов, – хотя в действительности работу по найму начал раньше. Отец мой умер, когда я был ещё в четвёртом классе семинарии. Последние три года (отец болел почти год) мне пришлось зарабатывать на содержание и учёбу, а также помогать матери, у которой к тому времени сильно испортилось зрение. Работа была разная. Чаще всего, конечно, репетиторство, мелкий репортаж в пермских газетах, корректура, обработка статистических материалов…» [69] Павлу тогда было девятнадцать… Похоронен отец Павла Петровича в Сысерти. Глава третья «Была пора: наш праздник молодой…» Было это, вспоминает Павел Бажов, во второй половине учебного года, после святочных каникул. И точно пришлось на январь – февраль 1887 года.

Об этой истории
Удивительно, но в личной и творческой биографии автора уральских сказов Павла Бажова, родившегося без малого полтора века назад, до сих пор остаются тайны, интригующие вопросы, фактические нестыковки и откровенные мифы – этим и занялся автор Александр Федосов. Глубокое изучение документов и переписки писателя позволило представить реального, «нелакированного» Бажова, революционера, учителя, журналиста, депутата, домочадца, и по-новому посмотреть на образы его сказов, популярные во всём мире. Читатель узнает, что у Хозяйки Медной горы – античные корни, а история Серебряного копытца, возможно, имеет в основе биографию матери Бажова, выяснит, где могли встречаться Бажов и Чехов, какие отношения связывали автора сказов с вождём народов и многое другое.





