ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Влюбляться надо уметь. Аня Лиховицкая этим умением явно не обладает влюбилась в симпатичного незнакомца, а в результате — гора трупов и море неприятностей. Незнакомец оказался ох как непрост, и теперь трое владельцев казино «Олимпия» подозревают Аню в причастности к ограблению их заведения. Вот и приходится ей создавать любовный четырехугольник, дурачить владельцев «Олимпии», надеясь избежать их кары. Игра рискованная, тем более что эта троица не лыком шита, особенно Марат — редкостный мерзавец. Вдобавок Аню похищает тот самый симпатичный незнакомец, а вызволяет ее из плена Марат. Час от часу не легче. Ставки растут, и Аня идет ва-банк: сообщает Марату, что она беременная от него…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я чего думаю, может, шею-то ему сначала сломали, а уж потом с балкона?

— Чего ж вы своими догадками с милицией не поделились?

— А чего с ними делиться, они сотню не дадут.

Или две. А лучше три. Я б не такое еще рассказал.

— За три сотни и я чего хочешь навыдумываю, — съязвила я.

Дядька хмыкнул:

— А мне и выдумывать не надо. А насчет ментов.., им ведь все равно. Приехали, взглянули, поспрашивали, что да как. Козлов одинокий, хлопотать и горевать о нем некому, упал с балкона — и всех делов. Козлову все равно, а им зачем лишняя морока? Я со своими догадками приду и вряд ли их обрадую. Скорее наоборот, а злить мне их совершенно не хочется. Придраться при желании к любому можно, особенно если выпивающий…

Лерка выложила на стол две сотни.

— Значит, вы намекаете, что Козлов не сам свалился, а кто-то ему помог? — вмешалась я, видя, как стремительно исчезли деньги в кармане пятнистых штанов.

— Намекаю, — кивнул он.

— И кому, по-вашему, могло прийти в голову такое?

— Дружку. Дружок у него появился, вроде неплохой парень, но… У меня глаз наметанный, я человека насквозь вижу, и этого увидел: непрост. Очень непрост. Козлов-то вроде дурачка, доверчивый, а этот нет, хотя по виду вроде Козлова, из интеллигентов.

И чего-то они замыслили. Уж очень Славка таинственный был и все задумывался. Замрет и думает, думает. А еще пугаться начал. Позвонит кто, он к двери шмыг и прислушивается. А раньше подойдет и сразу открывает.

— Давно он стал задумчивым? — спросила Лерка.

— Недели три.

— А испуганным?

— С неделю.

— А свалился когда?

— Третьего дня.

— Ясно, — вздохнула Лерка.

— Что за человек он вообще был? Чем занимался?

— Так это вам лучше знать. Вы его друзья.

Лерка вздохнула и достала еще сотню.

— Ничем путным он не занимался. Как есть бездельник. Говорил, что музыкант. Какой музыкант?

На барабане играл, точно заяц. Или дятел — стук да стук. Но деньги зарабатывал. В прошлом году машину купил. И квартиру покупать собирался-. Но потом у него что-то разладилось, про квартиру помалкивал и вроде как нигде не работал, потому что никуда не ходил, все больше дома на диване лежал и охал.

Потом дружок этот появился.

— Как дружка звали?

— Арсений. Заходил пару раз. Приметный с виду парень. Но с двойным дном. Уверен, этот Арсений и втравил его в историю. — Дядька сложил руки на животе и благостно улыбнулся. Лерка вздохнула и, кивнув мне, потопала к двери. Дядька отправился проводить нас, у дверей спросил с хитрецой:

— А у Славки много близких друзей?

— Что, уже кто-нибудь интересовался? — насторожилась Лерка.

— А то. Вы третьи. Сначала явился какой-то хмырь в бабьих волосах.

— В парике, что ли?

— Ага. И в очках. Таился. И выспрашивал. Дал две сотни.

— Как выглядел?

— Обычно. Если волос этих не считать. Невысокий, вот как вы, к примеру.