Даша запомнила его имя, – на жилете была нашивка: «Роман Блохин», – и к «Самураю» возвращалась уже злая и распаленная, с намерением, в случае если тут все затянется и ей придется вызывать адвокатов, любой ценой испортить этому мудаку жизнь, добиться его увольнения. Прошло еще полчаса, и когда Даша уже готова была звонить в Институт, Матвей наконец появился в дверях КПП. Он шагал к ней вполне довольный собой и нес в руках какой-то длинный сверток холщовой ткани. – Заждалась меня? Обошел «Самурая», открыл багажник и аккуратно положил сверток и закрепил его ремнями. Сел за руль, пристегнулся, завел мотор и выехал на дорогу. Когда подъехали к шлюзу и шлагбаум открылся, Матвей надавил на газ и, проезжая мимо будки с охранником, приложил ладонь ко лбу, изображая воинское приветствие. – Adios, пидорасы. – Повернулся к Даше. – Я забил им толчок на этаже. Следующий, кто смоет за мной, – затопит там все на хер говном. – Прекрасно. Не хочешь рассказать, что случилось? – А-а? – Тебя не было больше трех часов. Или ты все три часа занимался забиванием толчка? – Допрашивали меня, Даш. – Я догадалась, Матюш. Что им нужно-то было? – Им не понравился мой карабин. – Он замолчал, словно история не требовала дальнейших разъяснений. – А мне ты когда собирался сказать? – Про че сказать? – Ты спецом дурачка отыгрываешь? Про карабин. – Я вообще не собирался. Какое тебе дело до моего карабина? А они его забрать пытались, ну и вот. Тяжелые были переговоры. – И как? – Че как? – Перестань переспрашивать. Как ты убедил их не забирать карабин? Матвей посмотрел на нее. – Ну как-как. Сказал, что он батин. Что батя военный и типа умер три дня назад, защищая родину, и мы едем на похороны. И что его последнее желание было, чтоб я над его могилой из этого карабина выстрелил. – О господи. И они поверили? – Посмотри в эти честные глаза, – Матвей сделал брови домиком и изобразил несчастного, убитого горем сына. – Когда я загоняю про батину смерть – верят все. Таков закон гор. Он рассмеялся и сделал музыку погромче, играла песня How do you sleep? группы LCD Soundsystem . Побитый, перекошенный предыдущей бурей знак у дороги желал им «– 路顺风 !». Поверх знака кто-то баллончиком написал «ХЛЕБА НЕТ, ЕСТЬ ТОЛЬКО СОЛЬ». Глава третья 1996 Про отца все говорили, что он человек сложный, или, попросту говоря, скотина. Мама всегда защищала его, мол, «у вашего папы была непростая жизнь». Как будто сложность жизни как-то оправдывает скотство. В восьмидесятые отец сделал впечатляющую карьеру в армии, шутка ли – получить майора в двадцать пять.

Об этой истории
«Если смотреть на мертвецов слишком долго, они заговорят с тобой». События нового романа Алексея Поляринова разворачиваются в мире, где тридцать лет назад произошла катастрофа и по всей стране возникли кадавры – застывшие фигуры мертвых детей. Главные герои Матвей и Даша отправляются в экспедицию по югу страны, чтобы изучить загадочные аномалии. Во время путешествия они обнаруживают, как присутствие мертвых изменило быт живых и как живые привыкли делить пространство с мертвыми. ... «Я хотел написать книгу про конец света. Но не такой стремительный, каким его обычно изображают в поп-культуре. Мне хотелось показать долгий и мучительный конец света, когда люди живут внутри апокалипсиса много лет и в конце концов привыкают к нему». – Алексей Поляринов «Читая роман Алексея, ощущаешь, что оказался в пыльной бесплодной степи, но вместе с тем полной жизни. С собственными правилами и особенностями существования, которые заставляют выбрать – на какой стороне тебе находиться. Чем дальше ты погружаешься в происходящее, тем чаще прокручиваешь в голове образы произошедшего. Словно диафильмы, появляются картинки, которые рисуют историю, от которой сложно оторваться». – Миша Никатин, художник





