Ведь элементарное сравнение с мировыми образцами далеко не всегда было в пользу отечественных решений, из-за чего, кстати, и возник тот самый пресловутый «железный занавес». Чтобы не сравнивали. По итогам XVIII съезда решили, что нужно поступать иначе и брать на вооружение все лучшее, что есть в мире. Взяли курс, так сказать, на строительство государства по лучшим мировым и историческим образцам с аналогичным подходом в науке и технике. Иными словами — закрепили и узаконили ту практику, что имела место в начале тридцатых годов, официально признав, что «мы не самые умные» и «мы должны учиться у тех, у кого получается лучше, пусть даже это наши враги». То есть, поставили практику выше идеологии.
Безусловно, мир ждала Большая война, которую нельзя было избежать. Но мир стал другим. И в нем у Советской России появлялся шанс не только победить, но и выжить.
[1] Традиционно считается, что в 30-е годы на съезды в отличие от пленумов ВКП(б) приезжало достаточно много простых членов партии. Обычные рабочие и колхозники. Но это не так. Если посмотреть списки участников, то становиться хорошо ясно, что на съезд съезжаются видные партийные функционеры районных и областных уровней, а также их аналоги из других блоков, таких как РККА, промышленность, профсоюзы и так далее.






