А еще его девушка их любила. Очень.
Девушка… Надеюсь, ее папа не говорил, как звали девушку.
– Кстати, ее тоже звали Алёна. Как вас.
Ну, конечно!
Краем глаза поймала удивленный взгляд сына. Продолжила улыбаться.
– В мое время это имя было популярным. У нас в классе было две Алёны и три Лены.
– Ого…
– А вы не знали моего папу раньше?
– Я? – Чувствовала, что краснею, может, мне вообще не стоило выходить? – Может, и знала, но я не помню. Он ведь меня чуть старше?
– Да, он, наверное, уже уехал учиться, когда вы школу заканчивали. А потом в армию. Но девушка у него точно была в этом городе. Он ее сильно любил.
Так сильно, что поверил в то, что она могла ему изменить, предать!
Когда сильно любят – тогда верят.
Мне было тяжело это слушать, а в голове стучало набатом – нужно сделать так, чтобы они расстались.
Мой сын и его дочь.
Они не должны быть вместе.
Чай был выпит. Слава богу, я перевела беседу из прошлого в настоящее, узнала, что Вика тут у бабушки, мамы Георгия, что она учится. Про свою родную мать она ничего не сказала. Про отца только то, что он теперь будет жить и работать тут.
– В военном городке? – спросила, сделав вид, что очень увлечена плюшкой.
– Да, в городке, ну, пока я тут, в Салдинске – он тоже тут. Мотается туда каждый день, приезжает поздно, там всё какие-то сложности, еще проверку прислали. Правда, проверяющий – папин старый знакомый, сослуживец, так что, папа говорит, всё будет в ажуре.
Всё в ажуре. Он и раньше так говорил.
Герман пошел провожать Вику, я недвусмысленно намекнула, что надо быть осторожнее. Черт, он ведь будет ее целовать? И я не могу ему прямо сказать – не трожь ее! Это меня вымораживало. Я боялась.
Сын вернулся довольно быстро, я его ждала.
– У вас всё серьезно?
– Ма, только не говори, что Вика тебе не понравилась. Или это из-за ее отца?
Я должна была сказать! Должна!
Но я струсила.
– При чем тут Фролов? Просто… Ты же понимаешь, что она, скорее всего, еще девочка? – Тут я шла ва-банк, сцепив зубы.
– Черт, мам!
– Что?
– Я не могу это с тобой обсуждать! Вот что!
– А я могу! И попросила бы тебя быть осторожнее и… Ты понимаешь, что с такими, как Вика, не бывает просто так?
– Мам! Конечно, я понимаю!
– Она не для игр и не для развлечения. С ней только серьезно. Если ты готов к серьезным отношениям.
– А если готов? – сын принимает мой вызов. И это тоже пугает.
– А если готов, тогда… Тогда береги ее. Не трогай. Не пугай. Подожди. Пусть она тоже поймет, что готова. Ясно?
– Ясно, мам. Мне и так всё было ясно. Она… Вика не такая. Она особенная.
– Да… Особенная.
– Мам, тебе она правда понравилась?
Самое обидное, что да! Именно понравилась! Такая хрупкая, нежная, воспитанная, робкая. И почему она дочь Гора? Почему?
И что мне делать?
По-хорошему, я должна была рассказать всё сыну сразу.
Лучше так. Отрубить одним махом.






