ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Колм Тойбин – одна из крупнейших фигур современной ирландской литературы, тонкий и многообразный писатель, чьи книги неоднократно попадали в шорт-лист «Букера» и удостаивались значимых литературных наград. За «Бруклин», тихую историю молодой женщины и ее поисков себя, где чувства бурлят в глубине и всплывают на поверхности лишь рябью, намеком, недоговоренностью, автор получил Премию Коста, а в 2015 году Джон Краули экранизировал этот роман по сценарию, написанному совместно Тойбином и Ником Хорнби. Героиня «Бруклина» Эйлиш в поисках работы и перемены участи отправляется из родного Эннискорти, где все так знакомо и уютно, в чужой непривычный Нью-Йорк. Там она мучается от ностальгии, ищет свое место в новой стране, встречает любовь, принимает непростые решения и уже осваивается, когда печальные семейные вести призывают ее назад в Ирландию. Все иммигрантские истории на первый взгляд похожи, но никогда друг друга не повторяют. «Бруклин» – минорная одиссея, где нет особых страстей, но все пропитано чувствами, пронзительными и неотвязными, история странствия одной молодой женщины туда и обратно, из Эннискорти в Бруклин и снова в Эннискорти, – в поисках себя, своей самостоятельности, своего места, но в конечном счете своего дома, откуда невозможно убежать и куда невозможно вернуться.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако они ни разу не оторвали взглядов от чулок и, даже выбрав несколько пар и отдав их Эйлиш, в глаза ей не взглянули. Мисс Фортини наблюдала за ней через весь магазин, пока она складывала стоимости покупок и показывала женщинам сумму. Получая деньги, Эйлиш заметила, сколь светлые ладони у женщин в сравнении с темной кожей на тыльной стороне рук. Она деловито приняла деньги, положила их в цилиндрик и отправила в кассовый отдел.

Пока Эйлиш ожидала возвращения чека и сдачи, покупательницы продолжали беседовать – так, точно вокруг не было ни души. И хотя лет обеим было уже немало, Эйлиш думала о том, до чего они обаятельны, с каким усердием заботятся о своей внешности, как совершенны их прически и красива одежда. Она не смогла бы сказать, пользуются ли эти женщины косметикой; аромат их духов Эйлиш улавливала, но, что это за духи, не знала. Вручая им сдачу и аккуратно завернутые в бурую бумагу нейлоновые чулки, она поблагодарила обеих, однако женщины не ответили, просто приняли деньги, чек и пакет с чулками и направились к двери.

Неделя шла, такие женщины приходили все чаще, и при появлении каждой, как замечала Эйлиш, атмосфера в магазине менялась, делалась безжизненной, настороженной. Когда они пересекали зал, никто больше не двигался с места, поскольку не желал стать им поперек дороги; продавщицы склонялись над своими прилавками, что-то перебирали, затем поднимали взгляды на прилавок Эйлиш с разложенными по нему «Красными лисами» и снова отводили глаза в сторону. Впрочем, стоявшая в глубине магазина мисс Фортини следила за этим прилавком неотрывно. Всякий раз, как к нему подходили новые покупательницы, мисс Делано отступала на шаг, предоставляя Эйлиш возможность обслуживать их, однако, если появлялась вторая такая компания, ею занималась она, словно некую договоренность выполняла. По одиночке цветные женщины в магазин не заходили, на Эйлиш, как правило, не смотрели и напрямую к ней не обращались.

Те же немногие, что обращались, делали это с такой нарочитой учтивостью, что Эйлиш становилось неловко и даже стыдно. После того как на прилавке появились «Кофе» и «Сепия», ей пришлось показывать покупательницам эти чулки, рассказывать о преимуществах этих моделей, однако цветные покупательницы не уделяли ее объяснениям никакого внимания. К концу дня Эйлиш изматывалась и вскоре обнаружила, что едва ли не отдыхает на вечерних лекциях, испытывает облегчение, поскольку они отвлекают ее от мыслей о царившей в магазине напряженности, которая в особенности сгущалась вокруг ее прилавка. Она жалела, что ее отобрали для этой работы, и гадала, не удастся ли ей со временем перебраться в другой отдел.