ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Колм Тойбин – одна из крупнейших фигур современной ирландской литературы, тонкий и многообразный писатель, чьи книги неоднократно попадали в шорт-лист «Букера» и удостаивались значимых литературных наград. За «Бруклин», тихую историю молодой женщины и ее поисков себя, где чувства бурлят в глубине и всплывают на поверхности лишь рябью, намеком, недоговоренностью, автор получил Премию Коста, а в 2015 году Джон Краули экранизировал этот роман по сценарию, написанному совместно Тойбином и Ником Хорнби. Героиня «Бруклина» Эйлиш в поисках работы и перемены участи отправляется из родного Эннискорти, где все так знакомо и уютно, в чужой непривычный Нью-Йорк. Там она мучается от ностальгии, ищет свое место в новой стране, встречает любовь, принимает непростые решения и уже осваивается, когда печальные семейные вести призывают ее назад в Ирландию. Все иммигрантские истории на первый взгляд похожи, но никогда друг друга не повторяют. «Бруклин» – минорная одиссея, где нет особых страстей, но все пропитано чувствами, пронзительными и неотвязными, история странствия одной молодой женщины туда и обратно, из Эннискорти в Бруклин и снова в Эннискорти, – в поисках себя, своей самостоятельности, своего места, но в конечном счете своего дома, откуда невозможно убежать и куда невозможно вернуться.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ей помнилось, что в то давнее рождественское утро почти все места в центральном нефе были заняты. Женщины, которых ожидало долгое кухонное утро, хотели вернуться домой пораньше. Но сегодня в церкви почти никого не было. Эйлиш огляделась в поисках мисс Келли, но не увидела ее до самого причащения, а тогда уж поняла, что та всю службу просидела напротив. Эйлиш смотрела, как она идет по проходу, соединив ладони и потупившись, как за ней следует Мэри в черной мантилье. Обе ничего, должно быть, не ели, подумала Эйлиш, так же, как я, и погадала, когда им всем удастся позавтракать.

После окончания службы она не стала дожидаться мисс Келли перед собором – помешкала немного у газетного киоска, куда как раз доставили запечатанные пачки газет, а после пошла к магазину и принялась ждать. Появившись, мисс Келли не поздоровалась и не улыбнулась, а направилась к боковой двери, угрюмо велев Эйлиш и Мэри остаться у магазина. Когда она отперла входную дверь и стала включать свет, Мэри сразу прошла вглубь магазина и начала выкладывать на прилавок хлеб. Вчерашний, сообразила Эйлиш, по воскресеньям хлеб не привозят. Она стояла, наблюдая, как мисс Келли раскручивает свежую полоску длинной желтой липучки для мух и приказывает Мэри залезть на прилавок и прикрепить ее к потолку, а старую, сплошь облепленную мухами, снять.

– Мух никто не любит, – сообщила мисс Келли, – особенно по воскресеньям.

Вскоре в магазин зашли за сигаретами двое-трое мужчин. Эйлиш уже облачилась в халат, однако обслужить их мисс Келли велела Мэри. Когда они вышли, Мэри получила приказ отправиться наверх, заварить чай и отнести чашку в газетный киоск – в обмен она получила свежий номер «Санди Пресс», каковой мисс Келли свернула и отложила в сторонку. Эйлиш отметила, что ни владелица магазина, ни Мэри есть-пить не стали. Мисс Келли провела ее в заднюю комнату.

– Вот этот хлеб, – сказала мисс Келли, ткнув пальцем, – самый свежий. Привезли вчера вечером из Стаффорда. Не трогайте его ни в каком случае. Для большинства покупателей сойдет и другой. И запомните: помидоров у нас нет. Те, что видите здесь, только для покупателей, на которых я сама вам буду указывать.

После девятичасовой службы нахлынула первая волна покупателей. Те, кому требовались сигареты и сладости, знали, судя по всему, что обращаться следует к Мэри. Мисс Келли стояла в глубине магазина, переводя взгляд с входной двери на Эйлиш и обратно. Она проверяла стоимость каждой покупки, записанную Эйлиш, отрывисто называла цену, если та не могла ее вспомнить, сама записывала и складывала цифры – повторяя проделанное Эйлиш – и позволяла ей выдать покупателю сдачу лишь после того, как выясняла, сколько денег он дал.