ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Цвет войны – не защитный хаки и не кроваво-красный. Цвет войны – черный. Траурное дымное небо. Черные от въевшейся грязи, запредельной усталости и хронического фронтового недосыпа лица. Черная, как битум, запекшаяся кровь. И даже золотые церковные купола сквозь смоляной дым пожарищ кажутся черными… «Черные купола» еще одна книга Александра Конторовича, автора таких бестселлеров, как «Черные бушлаты», «Черная пехота», «Черная смерть»… Это новый, и не последний, разведрейд нашего современника в 1941 год. Против него работают лучшие асы абвера, диверсанты из батальона «Брандербург-800» и снайперская элита Вермахта. На его стороне – лишь горстка окруженцев…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да и накопал проверяющий всякой гадости именно в отряде этого командира.

– Чужими руками «духов» столкнул? Мастер!

– Вот то-то! Между ними аж до стрельбы дошло, командира того самого в итоге грохнули. Драка там нешуточная завязалась! Отряд его частично разбежался, частично полег. А некоторые так и вовсе – в царандой ушли, типа осознали и раскаялись.

– И большой у него отряд был?

– Да как бы не в полтыщи рыл…

– Нехило…

– Вот так мастера-то и воюют! Сколько мы обычным путем этих «духов» бы колошматили? И какой ценой?

– Да… серьезный был дядька!

– Мне тогда «Знамя» за этот выход дали, ребятам по «Звезде». А вам?

– А что – нам? Обычная работа, только и делов… Еще побегали там пару месяцев – да и назад. Никаких наград нам за это не полагалось.

– Да… бывает… А вот твой вопрос относительно чая я на всю жизнь запомнил! Для меня тогда это как рубеж какой-то был. Словно вот там – война, а вот тут – уже мир… Я на нервах был, аж колотило всего. И пить охота и спать – и все сразу! А ты сидишь себе, спокойный такой и спрашиваешь: «Чаю хочешь?»

– Да ты тогда кружку водки высосал – и ни в одном глазу!

– Врешь?

– Как Бог свят!

– Охренеть…

Вот этот момент своей жизни я и вспомнил, услышав обращенные ко мне слова генерала…

– Присаживайтесь, Александр Сергеевич! Как самочувствие?

– Вашими молитвами да трудами медиков – пока в норме все.

– Почему пока?

– Так вы вспомните Мюллера, ну, того, из фильма про Штирлица. Он вовсе сказал: «Хорошо еще, что вообще живу…».

Травников фыркнул.

– Ну и юмор у вас, уважаемый!

– С кем поведешься… Вы тоже – тот еще оптимист!

– Ну вы и спелись… – покачал головою генерал. – Со стороны глянешь, всё, сливай воду, свет туши! Откуда такие настроения? Можно подумать, что эксперимент не удался! Не так уж у нас все и плохо.

– Вы, товарищ генерал-лейтенант, – сказал я, усаживаясь в предложенное кресло и беря в руки чашку с чаем, – когда вот так, издалека, разговор заводите, всегда какая-нибудь задачка вылезает…

– С чего бы это вдруг? Вроде бы у нас с вами таких предпосылок не было еще?

– Народ говорит…

– Уж я некоторым, особо языкастым-то, их языки длинные прищемлю! – постучал Яковлев пальцем по столу. – Ладно… давайте-ка к делу.

Академик поерзал, поудобнее устраиваясь в кресле.

– Прошу! – произнес генерал, ставя передо мною пару сапог. – Ничего знакомого не наблюдаете, Александр Сергеевич?

Так… Сапоги. Совершенно обычные, на первый взгляд. Достаточно новые, хотя и выглядят как-то… старомодно, вот! Наклоняюсь вперед и беру один из них в руки. Хм! Какой-то он… Ага!

– Да, товарищ генерал-лейтенант, знакомая штучка! Только у моего сапога голенище распорото было. Вот тут. А этот целый! Так что – не мой это лапоть, хотя и похож.

– Что, так здорово похож?

– Ну… – переворачиваю сапоги и смотрю на подошву.