Еще что-то?
– Да, ваше величество. – Охранник на секунду замялся, словно не был уверен. – Я понимаю, это похоже на паранойю, но… ведь ваш брат был раньше начальником охраны дворца, и с тех пор прошло всего четыре месяца. У каждого из нас в распоряжении браслеты связи, выданные при вашем брате, аптечка, а также несколько амулетов в зависимости от статуса. Все это выдавалось и функционировало при вашем брате. Я предлагаю все заменить.
Второй раз за последние несколько минут Арен потерял дар речи.
– Объясни, зачем?
– Ваш брат был начальником охраны, у него имелся допуск ко всему, – продолжил Рильо. – У меня тоже есть брат, ваше величество, он артефактор, поэтому я не понаслышке знаю, как можно испортить амулеты так, чтобы они казались исправными, а по факту не работали. И если бы… простите… если бы я ненавидел вас так, как его высочество Аарон, я бы позаботился о том, чтобы оставить после себя как можно больше палок в колесах.
Арен на несколько секунд задумался.
Паранойя? Нет, это не было паранойей. Зная Аарона…
– Хорошо. Заменяйте. И чтобы все находилось под контролем Вагариуса.
Рильо поклонился:
– Да, ваше величество.
Император пришел в детскую полседьмого, и София обрадовалась, что с Вано все же получится увидеться. Правда, расстроились наследники – они-то надеялись, что София останется до вечера, но его величество их пожурил, сказав, что у аньян тоже должны быть выходные и каникулы, и дети синхронно вздохнули.
– Не грустите, мы завтра увидимся, – сказала София, обняв обоих, и чуть покраснела, встретившись взглядом с императором. В его глазах она прочла стремление прийти в ее комнату как можно скорее и, смутившись из-за собственных желаний, поспешила выйти из детской.
Она тоже ждала. Тоже хотела его видеть. И уже отчаялась хоть как-то изменить свои чувства. Как тут изменишь? Даже приворотное зелье Виктории не справилось, что уж говорить о самой Софии…
Погода вечером была замечательная – тепло и сухо, и небо чистейшее, ни облачка. София с Вано, быстро поужинав в одном из ресторанов возле Дворцовой площади, решили прогуляться по городу.
Они как раз любовались на закат, стоя у перил на набережной, когда София, поглядев на Вано, неожиданно подумала, что он выглядит довольным и счастливым. И улыбается теперь чаще.
Улыбнувшись этой мысли, она попросила:
– А покажи мне родовую магию, пожалуйста. Мне интересно, как выглядит кровный щит.
Вместо ответа Вагариус поднял руку – и прямо от них высоко в небо пошла волна серебрящегося щита, похожего на мутное переливающееся стекло, по которому то и дело пробегали разряды. Щит все ширился и ширился, и вот он, словно купол, накрыл собой пространство от них с Вано до другого берега реки.
– Ничего себе… – прошептала София с восхищением.






