Только вот Синтия была очень худенькой, почти тростиночкой, как и София, а Рози – пухляшка. Отец называл ее «пирожком», а они с мамой и Элизой – «сладкой булочкой».
– Пойду, – кивнула София, садясь на свободный табурет. Айла Тали поставила перед ней тарелку с кашей. – Оно того стоит. Заодно посмотрю, как императорский дворец выглядит… внутри.
– О! – Элиза даже подпрыгнула. – Потом расскажешь! А… вдруг ты увидишь императора?
Софии стало смешно.
– Это вряд ли, Лиз. Не думаю, что он лично занимается подбором кадров. У него совсем другие обязанности.
– А вдруг? И вообще…
– Мам, а можно булочку? – перебила их Рози, достигнув наконец дна тарелки. – Можно, да?
– Можно, – сказала айла Тали и подвинула блюдо с выпечкой поближе к дочери. – Но только одну.
Рози облизнулась и схватила ближайшую булочку, а Элиза продолжила:
– И вообще, как думаешь, для чего им во дворце аньян? Там есть дети?
– Конечно. Во-первых, наверняка дети некоторых слуг живут во дворце – этим, кстати, можно объяснить то, что кандидатам на должность титул иметь не обязательно. А во-вторых, у самой семьи Альго[2] достаточно детей. Дошкольного возраста сейчас принц Александр, сын императора, и принцесса Адель, дочь сестры его величества.
– Может, кому-то из них нужна аньян? – задумчиво спросила Элиза и тоже взяла булочку.
– Вряд ли, – улыбнулась София, принимаясь наконец за кашу. Завтрак она сегодня никак не осилит – слишком уж нервничает. Выпьет только чай. – Я склоняюсь к первому варианту. Аньян для слуг.
Сестра мечтательно вздохнула. Да, среди ее книг истории о принцах и принцессах были самыми любимыми. А еще лучше – об обычных девушках, которые становились принцессами после свадеб с принцами. И пока Элиза находилась в том возрасте, когда факт, что настоящие принцы вообще не могут жениться на обычных девушках, был ей абсолютно не важен.
Сразу после завтрака София, обняв на прощанье маму и сестер, начала строить пространственный лифт на Дворцовую площадь.
Во все времена маги и немаги мечтали научиться быстро переноситься в другое место, и лучше – при помощи специальных кабин. Кабины для писем (почтомаги) или небольших грузов существовали, а вот перенос человека пока считался невозможным. Насколько София знала, разработки на эту тему велись артефакторами, но о каких-либо открытиях пока не объявлялось.
Перенестись возможно было не в любое место, а только в разрешенное. В каждом доме существовала комната для переноса (обычно ею делали прихожую), и гостям, перед тем как переноситься, требовалось получить допуск. Да и в городе нельзя было просто «возникнуть» посреди улицы. В Грааге, в разных концах столицы, имелось пять площадок для пространственных переносов.






