Не смешивайте их, заглатывая одну большую ложку!
– Может, сами и сядете есть в таком случае? – проворчала Инён, словно непослушный ребенок, и ушла.
Стилист, мастера по укладке и визажист бросились вслед за ней.
Когда Инён и вся ее команда исчезли, Исук накрыло непреодолимое чувство тревоги, которое засасывало ее, словно воронка. Сончжэ, молча наблюдавший за происходящим из-за камеры, тихо позвал Исук.
– Вкусно?
– Не знаю. Не я же его ем.
– Да нет, я про ваши рисовые лепешки[8] .
Сончжэ протянул руку к пакету с жареными рисовыми лепешками, который держала Исук. Она быстро спрятала руку за спину и с озорством посмотрела на Сончжэ, который успел выхватить одну лепешку.
– И сколько удалось сбросить, питаясь только этим?
Это было унизительно. Исук никогда не думала, что что-то подобное сможет ее настолько поразить. Сончжэ, новый PD[9] их программы, стоял в своей грязной бейсболке и молча смотрел на Исук. Ночами он прозябал за монтажом, поэтому его глаза покраснели из-за нехватки сна. А еще от него пахло дедом. Исук неосознанно начала избегать его взгляда.
– Я вообще-то ем их не для того, чтобы сбросить вес! – резко произнесла она.
Ее лицо покраснело до самых ушей.
– А… вот как, – Сончжэ ответил без каких-либо эмоций.
«Да что с этим человеком не так?» – подумала Исук.
Она без малейших колебаний ушла, всем своим видом демонстрируя неприязнь к нему. А Сончжэ в этот момент разразился громким смехом. То ли рисовая лепешка, которую он ел, оказалась настолько вкусной, то ли реакция Исук показалась ему настолько забавной, но его глаза изогнулись в форме полумесяца. Он улыбался так задорно, как никогда раньше.
Поправив макияж, ведущая Инён снова предстала перед камерой со своей очаровательной улыбкой. Сончжэ поспешно запихнул остаток лепешки в рот.
– Инён, не стоит черпать бульон сразу с редькой. Сначала попробуйте насладиться чистым бульоном, затем мы возьмем редьку крупным планом, поэтому, пожалуйста, следуйте сценарию, не перемешивайте суп, как вам вздумается.
– Я вообще-то на диете! Можно я не буду есть? – проговорила Инён миленьким голоском.
– Это же мокбан, здесь аппетитно и красиво должна выглядеть еда. А не вы, – твердо ответил Сончжэ.
Инён промолчала.
– Если хотите выглядеть красиво на экране, вам нужно вести новости.
Инён пристально посмотрела на Исук, будто бы мысленно спрашивая ее: «Это же ты ему нажаловалась, да? Я все знаю!»
Делая вид, что не замечает этого, Исук отвернулась. Тогда Инён достала из кармана какие-то таблетки для пищеварения и быстро проглотила их. Сончжэ покачал головой, показывая, как сильно устал от происходящего, и поспешно подал сигнал к началу съемки.
Исук на мгновение задумалась, глядя на широкие, словно у медведя, плечи Сончжэ, который сгорбился перед камерой.






