ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Катастрофа разделила жизнь людей на «до» и «после» Волны. И пришло понимание – не так страшен конец света, как то, что будет потом. Материки изменили свой облик, и выжившие наносят на карты новые берега. На основе уцелевших поселков создаются анклавы переживших планетарную катастрофу. Сергей Николаевич, его близкие, друзья и единомышленники на одном из островов нового архипелага создают свой анклав – остров Сахарный. А покой только снится… забота о людях, возрождение ремесел и технологий, покорение моря и поиски ценных ресурсов прошлой цивилизации, и все это ни на миг не выпуская из рук оружия. Через труд и кровавый пот, радость успеха и горе потерь, через многое еще предстоит пройти, чтобы занять свое место в Новом мире, от которого зависит будущее островитян и будущее детей, рожденных «после».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Разобравшись с делами, поспешил домой, где был немедленно зацелован, накормлен и привлечен к огородной ответственности, где всем семейством пахали до вечера. А после ужина для вновь прибывших натопили баню, ну и нам парка досталось. 256-й день. О. Сахарный Наутро я сразу отправился к нашему старосте на хутор, поинтересоваться, как у нас тут обстановка и поработать с «планами развития поселения». Сразу поговорить не получилось, Михалыч устраивал внучатам Алексея Макарыча экскурсию и водил где-то по хутору. Но я не скучал, Полина Андреевна угощала меня оладьями и поила квасом, в принципе, доложив мне практически все, что я хотел узнать у Михалыча, что касалось хозяйства. – А ребятишки-то пускай здесь покамест поживут, – сказала Полина Андреевна, подливая мне еще кваса. – Я не против, пусть живут. Не тяжело вам будет? – Тю, та шо там тяжелого, Сережа, тож дети. – Ну и хорошо, а то есть у меня интерес к вашему постояльцу, не простой он мужик, баба Поля. – Та а я шо, не вижу, по глазам его видать. – И что видать? – Из органов он, как пить дать… а так то навродь и не плохой мужик. Дед-то мой… он до полночи с кем попало самогон пить не будет. – Ну это да, согласен, – рассмеялся я. За окном послышался детский крик, и через пару секунд в дом вбежали внучата, а следом вошли Михалыч и Алексей Макарыч, причем гипс, который был белый еще вчера, сегодня уже разрисован какими-то разноцветными цветочками. – О, Николаич! Давно сидишь? – спросил Михалыч с порога. – Ну, вторая кружка кваса пошла и полтарелки оладий. – Эт не долго, значить. Проходь, Макарыч, будем теперь и мы Николаича по оладьям догонять. – Да я вроде и так плотно позавтракал. – Ну-ка не артачься, у тебя вон клешня того, поломатая, так что усиленное питание надоть, садись за стол! И без разговоров. – Ну если только чуть-чуть. – Чуть не чуть, а аппетит, он, знаешь, во время еды приходить. – Садитесь, Алексей Макарыч, у меня разговор к вам тоже есть. – Во, слыхал? Такшта садись, вон кваску давай налью, да налягай, налягай на оладьи-то, – продолжал наседать Михалыч. А потом уже обратился ко мне: – Ну, бабка моя тебе уже все новости рассказала? – Все. – Все-все? – прищурился Михалыч. – Да, и про самогон тоже. – Вот балаболка, – усмехнулся Михалыч в усы. – Ну что, у нас на декаду по плану? – А что по плану… леса надоть еще, пилорама-то встала, а снимать народ с работ не хочется. – Ну экипаж «Авроры» в твоем распоряжении, я с Иванычем договорюсь, да и Алексей пару человек всяко выделит. – О, вот это разговор, – сказал Михалыч, вытащил из тумбочки свой журнал, полистал и, надев на кончик носа очки, сделал пару записей. – А трахтур? – Что трактор? – Ну опять же этот бугай не дасть трахтур, – нахмурился Михалыч.