Вы больше обо мне не услышите, во всяком случае, в этом заведении я больше появляться не собираюсь. Я здесь – чтобы по-быстрому заработать энную сумму. Вы ввязались в игру с незнакомым человеком – это ваш профессиональный риск. Вы рискнули и проиграли, я выиграл значительно больше, чем рассчитывал, но так уж сложилось. Если вы хотите вернуть выигрыш… Однажды вы меня уже недооценили. Не советую. Хлопотно это. Катала внимательно изучил сидящего перед ним мужчину. Он, конечно, не дюймовочка, высок, широк в плечах, движется легко, никакой неловкости, присущей высоким людям, однако и у него парни не лыком шиты, есть и поздоровее. Но что-то говорило ему, что все не так просто. Однако просто или непросто, но позволить незнакомцу уйти с выигрышем, с его кровными тремя сотнями? Нет, этого позволить он не мог. – Вы правы. Я ввязался в игру по-крупному с темной лошадкой – и просчитался. Бывает и хуже, хотя и реже. Никаких претензий. Все по-честному. За ваш фарт. – Катала приподнял рюмку, как бы салютуя собеседнику, и одним махом опрокинул ее себе в рот. Антон повторил движение и, попрощавшись, направился к выходу. Он решил не испытывать судьбу: ведь подручные могли напасть и посреди улицы. Оно ему надо? Укладывать этих архаровцев на глазах у всех, а там, глядишь, у Гризли опять возобладают инстинкты, – а тогда еще и с властями проблемы… Нет. Лишнее это. Пройдя по улице с полсотни шагов, он свернул в какой-то закоулок, образованный глухими заборами, которым практически и не пользовались, разве только редкий прохожий, чтобы сократить путь, потому как по нему вилась только узкая стежка. Запримеченные четверо, что сопровождали его от «Боцмана», увидев, куда свернул клиент, припустили за ним. То ли они были слишком самоуверенны, то ли неопытны в этих делах, но только они не придали значения тому, что вслед за ними двинулся и здоровый дядька, что вышел из «Боцмана». Отойдя от угла пару десятков шагов, Антон остановился и обернулся к входу в закоулок. Едва он это сделал, как в поле зрения буквально вбежали четверо. Увидев свою цель, они сбавили обороты и развернулись во всю ширь прохода, неумолимо приближаясь к Антону. Им бы задуматься по поводу той уверенности, с которой их встречают, но думать не хотелось. С другой стороны, нужно было дать себе накачку и придать собственным действиям хоть какой-то оттенок справедливости. Даже последние подонки хотят видеть в своих действиях хоть какой-то намек на справедливость – редко кто из них способен заявить прямо, что он подонок. – Уважаемый, а сдается, что вы нечисты на руку. – Серьезно? Ну, парни, вы и нахалы. Я ведь сказал вашему главному, чтобы он не мутил ничего. Ладно, валите, пока целы. – Вот заберем денежки – и свалим. – Вам решать.

Об этой истории
Трое друзей по воле случая переносятся из 1998 года в 1898-й. Как им поступить? Остаться просто сторонними наблюдателями, озаботившись только своим благосостоянием? Или вмешаться в ход истории и попытаться выиграть грядущую Русско-японскую войну? Вопрос серьезный. Ответ неоднозначный. Росич. Концерн Константин Калбазов Трое друзей по воле случая переносятся из 1998 года в 1898-й. Как им поступить? Остаться просто сторонними наблюдателями, озаботившись только своим благосостоянием? Или вмешаться в ход истории и попытаться выиграть грядущую Русско-японскую войну? Вопрос серьезный. Ответ неоднозначный. Часть первая Июнь 1998 года Часть первая Июнь 1998 года Глава 1 Командир 247-го Антон с явной неохотой отложил в сторону книгу и прислушался к дыханию корабля. Что-то было не так. Что-то заставило его отложить в сторону увлекательное чтиво. Что именно, он пока не мог понять, так как был далеко от настоящего. Мысленно он все еще был в 1904 году. Переживал успехи и неудачи русских армии и флота, прикидывая, что бы он сделал не так, будучи на месте того или иного командира. Как бы мог повлиять на исход войны адмирал Макаров, не подорвись на мине броненосец «Петропавловск» или хотя бы останься жив сам адмирал. Но настоящее постепенно все же завладело им, и Песчанин наконец осознал, что именно отвлекло его. Начала усиливаться качка. Когда молодой капитан-лейтенант появился на мостике, его встретил помощник. Кисло улыбнувшись, Старцев обреченно развел руками: – Вот, командир, полюбуйся





